Еврейский музей в Мюнхене: не только о холокосте

20 июля 2010

Еврейский музей в Мюнхене был открыт в 2007 году. Это событие стало итогом многолетнего осмысления роли и значения еврейской истории и культуры для Мюнхена. Неслучайно теме холокоста уделено здесь важное, но далеко не центральное место. Мюнхенский музей создаёт новый образ еврейского музея – это место, в котором говорится не столько о смерти, сколько о жизни в разных её ипостасях

История музея

Попытки создать музей, посвящённый еврейской культуре, велись в Мюнхене с 1928 г., когда школьный учитель Абрахам Штраус предложил создать региональный музей еврейских древностей. Штраус был воодушевлён примером Вены, где подобный музей был открыт в 1885 г. (венский еврейский музей был первым в мире). Идея Штрауса понравилась местному сообществу, и уже в 1930 г. в Мюнхене была организована выставка «Еврейские церемониальные объекты. Украшения для синагоги и дома». В 1931 г. появилась Ассоциация еврейских музеев Баварии, которая начала собирать коллекцию для будущего музея и налаживать контакты с еврейскими музеями Баварии и Австрии.

Основатель первого еврейского музея на Максимилианштрасе в Мюнхене Рихард Гримм

Конечно, планы членов этой ассоциации не сбылись – в 1933 г. к власти в Германии пришли национал-социалисты. Лидеры ассоциации эмигрировали, а сама коллекция была уничтожена во время Хрустальной ночи 9 ноября 1938 г. После окончания Второй мировой войны о создании еврейского музея в Мюнхене невспоминали. Вновь о нём заговорили после того, как в Мюнхен вернулся некогда живший здесь Эрих Ортенау, который организовал выставку «Избранное: из сундука одной еврейской семьи из Мюнхена». Впрочем, на тот момент жизнь маленького еврейского сообщества протекала почти незаметно для остальных горожан, поэтому первый мюнхенский еврейский музей появился лишь в 1989 г. –  это было скромное помещение размером 28 квадратных метров.

Несмотря на отсутствие поддержки со стороны муниципальных властей и равнодушие еврейского сообщества, музей на Максимилианштрассе вскоре стал довольно популярным местом, которое посещали не только не-евреи, но и – всё чаще – те, кто эмигрировал из Мюнхена в 1930-е. Их памятные подарки составляют важную часть экспонатов современного музея.

В 1998 г. коллекция переехала в другое помещение на Райхенбахшотрассе (это место было принято называть «временным музеем» – сразу же после переезда начались разговоры о расширении и создании нового музея, уже при содействии городских властей, а также синагоги).

Архитектура

Вид снаружи

В 2001 г. был объявлен конкурс на создание музея и синагоги в Мюнхене, который выиграли архитекторы Вандель, Хёфер и Лорх (они же являются авторами современной синагоги в Дрездене). Синагога и музей в Мюнхене выглядят как два отдельно стоящих куба. На верхнем ярусе синагоги находится лёгкая светопроницаемая конструкция, которая возвышается над монолитными стенами из необработанного известняка, не имеющими окон. Пространство музея спроектировано иначе – над полностью застеклённым холлом, располагаются два «глухих» этажа, где находятся выставочные залы. Метафора архитекторов проста: прозрачность первого этажа подчёркивает открытость музея широкой публике; именно здесь располагаются стойки регистрации, кафе, книжный магазин. Это – публичное место, где можно встретиться и поговорить с друзьями в то время как выставочные залы располагают к сосредоточенности и желанию остаться один-на-один со своими переживаниями.

Концепция музея

Цокольный этаж здания занимает постоянная выставка «Голоса – места – времена», она вводит посетителя в тему и показывает прошлое и настоящее жизни евреев в Мюнхене с помощью семи инсталляций. Второй и третий этажи отданы под е временные выставки. Интересно, что выставочные пространства дополняются специальными комнатами, где посетители могут расширить свои знания о предмете. Эти комнаты появились не просто так – они связаны с новыми представлениями о задачах современного музея, о способах подачи материала в экспозициях.

Как считают организаторы, выставки не должны носить энциклопедический характер, и их целью вовсе не является дать посетителю исчерпывающие знания по теме. Важнее зародить интерес, вызвать вопросы, на которые возникнет желание найти ответ. Выставка служит своего рода провокацией.

Музей – это не только тематические экспозиции, но еще и научный центр по теме

За новыми знаниями нужно обращаться уже к специальным источникам. Среди подобных источников, которыми располагает музей – мультимедийная база данных по мюнхенским евреям, видеоинтервью со свидетелями, более 2000 книг (наряду со специальной литературой по еврейской истории, культуре, искусству – биографии и автобиографии, детская литература, комиксы, а также более 50 Книг Памяти из Германии, Польши, Чехии, Италии, Австрии, Франции с именами жертв Холокоста).

Открытию музея предшествовали многолетние споры о том, как «правильно» представлять еврейское прошлое и настоящее. В подчас болезненных, но плодотворных дискуссиях родилось понимание, того, что еврейские музеи не охранители безопасного, утверждённого раз и навсегда исторического знания. Напротив, они превращают разнообразные, часто конкурирующие образы (и житейские концепции) прошлого в настоящее минное поле. Современный музей не только отражает дискурс, но и помогает ему оформиться.

Экспозиции

Множество идей, связанных с организацией музейного пространства, были сведены к семи основным темам:

  • голоса – места – образы – объекты – времена – ритуалы – комикс

Такое сужение соответствует и небольшой площади, которую занимает музей. Формальные пространственные решения были сведены к самому основному. Выставки минималистичны, и их можно посетить в любой последовательности; посетитель самостоятельно устанавливает общие закономерности и связи.

Фрагмент экспозиции: “Голоса”

Важным элементом выставочного пространства является аудиокоридор – место, соединяющие разные выставочные залы; здесь звучат голоса свидетелей, их детей, профессиональных актёров – тут можно остановиться и послушать личные рассказы. Большое значение создатели уделили и световому оформлению экспозиций.

Простое в исполнении, но точечное, направленное на экспонаты освещение выделяет каждую из комнат и создаёт ощущение большого объёма.

Почему же был выбран такой лаконичный вариант оформления? В коллекции музея много лакун, здесь представлены далеко не все возможные сюжеты. Можно ли это объяснить холокостом? Необходимостью изображения холокоста?

Память всегда сконструирована. Поэтому можно изучать и представлять в музее лишь фрагменты прошлого.

Экспонаты дают возможность познакомитьсявь с разными темами, но не претендуют на ни то, чтобы внести существенный вклад в понимание еврейской культуры Мюнхена с 1229 г. по настоящий момент, ни на то, чтобы представить энциклопедическое знание об иудаизме.

Разговор о еврейском музее в Мюнхене затрагивает ещё одну важную тему – это трансформация социального контекста, связанного с еврейскими музеями в целом и еврейскими музеями в Германии в частности. Создатели мюнхенского музейного пространства задаются вопросом, что значит быть евреем в современном мире и каким образом может строиться диалог между евреями и немцами.

В последние годы музейные экспозиции всё больше преследуют образовательные целяи и основываются на педагогических концепциях. Они вызывают у посетителя разные ассоциации, заставляют удивиться и захотеть узнать новое, и , иногда, даже порождают чувственный опыт. Классические информационные щиты, представляющие объекты, их изображения и комментарий музееведов, сегодня уступают места другим способам презентации, облегчая посетителю задачу погружения в предмет и расширяя ассоциативные возможности.

Выставка «Голоса – места – времена», наверняка обманет ожидания зрителя, рассчитывающего увидеть здесь «объективную» и исчерпывающую картину жизни мюнхенских евреев, и заявляет о себе скорее как о лаборатории, месте постоянного диалога с посетителями, которых она заставляет интерпретировать настоящее и будущее, исходя из понимания прошлого, и стимулирует дальнейший разговор.

Посетитель, делающий первые шаги в музее, неизбежно проходит мимо инсталляции «Голоса»; люди, которым они принадлежат, рассказывают о том, как они или их предки оказались в Мюнхене. Звучат отрывки интервью, реже – зачитываются фрагменты автобиографий. История, таким образом, обретает лицо.

Фрагмент экспозиции: “Места”

Следующая инсталляция – «Места». Эти места на карте города посетители вплоть до настоящего момента ассоциировали только с собственными биографиями или, может быть, с историческими событиями, а возможно, они вообще были лишены каких-либо ассоциаций.

На мультимедийной карте города обозначены различные места, где в разные годы разворачивалась повседневная жизнь представителей еврейского сообщества. На карте были обозначены самые разные объекты, связанные с еврейской историей и культурой, в том числе – современные постройки – магазин-сэкондхэнд, химическая лаборатория, новая синагога…

Многие пункты на карте связаны с образами (см. раздел «образы»). Истории, рассказанные свидетелями, имеют свои адреса, и эти адреса также можно здесь найти. Карта устроена таким образом, что если подвести курсор к выбранному месту, рядом высвечивается изображение человека в типичном для него окружении.

Идею показать город с определённой стороны подхватили берлинские художники Рената Штих и Фридер Шнок, которые создали уже не виртуальную, а бумажную карту – она предлагает маршруты по девяносто девяти местам, связанным с жизнью евреев в Мюнхене. Эту карту можно вынести из музея и использовать уже для самостоятельных прогулок по городу.

Выставка «Образы» работает с серией фотографий 1910 – 2006 гг., которые фиксируют разнообразные моменты в жизни мюнхенских евреев, вплоть до сегодняшнего дня.

Фрагмент экспозиции: “Ритуалы”

Подборка разрушает представление об однородности состава еврейского сообщества – показаны молодые и старые люди, мужчины, женщины, дети, изображения людей за их повседневными занятиями и снимки, сделанные в ателье… Краткие подписи в снимкам составлены таким образом, чтобы вызывать у посетителей вопросы и порождать ассоциации.

Инсталляция «Ритуалы» посвящена у разнообразию еврейских праздников и обрядов. Ритуальные объекты часто становятся музейными предметами, они функционируют как средства памяти. В синагоге и дома ритуальные объекты служат напоминанием о событиях из еврейской истории, а также отсылают к биографиям, судьбам тех, кому они принадлежали.

Фрагмент экспозиции: “Времена”

Инсталляция «Времена» выглядит как ось времени, на которой отмечены самые разные исторические события, имеющие отношение к жизни мюнхенских евреев, от основания города, до сегодняшнего дня. Эта ось времени задаёт хронологический контекст для остальных шести выставок.

Выставка «Объекты» объединяет семь отдельных предметов – книга для молитвы, покрывало для Торы, кружка, трубка, шляпа, портрет девушки из гетто, настольная игра.

На первый взгляд, этоа напоминает традиционную музейную экспозицию – представлен именно трёхмерный объект (а музеи, как правило, как раз работают с такими материальными хранителями информации).

Фрагмент эскпозиции: объекты

Однако организаторы музея постарались выйти за границы традиционного музейного канона – чтобы не ограничиваться показом источников (предметов) как таковых, но обратить внимание посетителей и на людей, которые были связаны с представленными предметами. Кроме того, объекты сопровождаются специальными текстами-эссе, которые были написаны работниками музея. Эти эссе объясняют выбор каждого объекта и привносят в экспозицию новые смыслы.

Почему было выбрано лишь семь предметов? Во-первых, сохранилось не так много вещей, связанных с еврейско-мюнхенской историей и культурой. Как и в большинстве исторических собраний, коллекция еврейского музея фрагментарна, случайна, но и фрагментарность и случайность –  это следствие немецко-еврейской истории ХХ века.

Дело ещё и в том, что создать полную и исчерпывающую выставку, посвящённую жизни евреев в Мюнхене, на основании оригинальных объектов, было бы в любом случае невозможно. Ведь выбор экспонатов для представления в музее всегда субъективен. Организаторы мюнхенского музея решили обнажить эту субъективность. Семь музейных работников выбрали по одному предмету для этой инсталляции и прокомментировали эти объекты с точки зрения своего исследовательского поля и интереса. Каждый из предметов описан с двух точек зрения: первое описание выполнено согласно музеологическим нормам и правилам, оно сопровождено фотографией, представляющей данную вещь в другом контексте; во втором тексте работник музея объясняет, почему он или она остановили свой выбор именно на этом предмете.

Фрагмент экспозиции

Визуальная культура уже давно играет важную роль в передаче и восприятии исторических образов в обществе. Среди известных примеров – американский телевизионный сериал «Холокост» (первый показ в США – в 1978 г., в Западной Германии – в 1979 г.), который инициировал широкую дискуссию о преступлениях во время национал-социалистической диктатуры; или книга комиксов Арта Шпигельмана «Маус: Рассказ выжившего (1986). Наверное, поэтому инсталляция «Комиксы» появилась в музее не случайно. В этом пространстве выставлена работа художника-мультипликатора Джордана Б. Горфинкеля, который представляет свой взгляд на современную жизнь евреев в Мюнхене и говорит о двойственном чувстве, которое испытывают те, кто был вынужден покинуть этот город в 1930-е, по отношению к своему бывшему дому.

Таким образом, основные приёмы в организации выставочного пространства музея – ассоциативность, интерактивность и визуальность. Каждая инсталляция побуждает посетителя снова и снова задавать вопросы, искать ответы, размышлять о прошлом и настоящем Мюнхена. Каждую выставку в принципе можно было бы расширить. Добавить другие голоса, нанести новые места на карту или представить другую подборку образов. Даже художественная составляющая – комикс Горфинкеля – мог бы с течением времени рассказывать о новых историях.

Традиционные, ожидаемые музейные приёмы оказываются разрушены в современном музейном пространстве. Зритель, оказываясь здесь и сейчас, обретает понимание иудаизма не как экспоната, а как части повседневной культуры. Важно было создать скорее не музей, но место для диалога – между посетителями, музейными объектами и работниками этого места. С последними можно пообщаться и на экскурсиях, а также во время разнообразных мероприятий. Немецкий музеолог Юлиан Шпалдинг в своей работе, посвящённой музеям и посетителям в ХХI в., изобрёл термин «поэтический музей» – для обозначения музея, который избегает дидактичности и категоричности.

«Вызов, который сегодня обращён к музеям – перестать быть единственными поставщиками правды, но стать ищущими правду, на пути, который они преодолевают вместе со своими посетителями. Если это происходит, границы такого музея расширяются, и он становится по-настоящему содержательным».

Julian Spalding, The Poetic Museum. Reviving Historic Collections (Munich, London, New York, 2002), p. 25.

Подготовила Наталья Колягина

Мы советуем
20 июля 2010