Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
11 января 2010

1. От редакции: «Суверенная демократия» и конец истории

В статье даётся краткое описание разворачивающейся в России кампании борьбы с «фальсификацией истории».

Фиксируется характерный для современной России феномен – «неудовлетворённость историей» и желание восстановить исторические позиции России, преодолеть «конец истории» СССР. Причём вина за этот «конец истории» возложена (российским правительством) не на сам исторический процесс, а на тех, кто его изучает и интерпретирует. Подобный «суд над историей» проявляется во внешней и внутренней политике многих постсоветских государств (особенно в Украине, Литве, Польше), но в России имеет свою специфику.

Приводится хроника систематических попыток государства взять под контроль изучение и преподавание истории в России (прослеживается с 2001 г.; в 2005 г. – большое символическое событие – празднование 60-летия Победы; в 2009 г. – кульминация: законопроект об уголовной ответственности за отрицание Победы СССР во Второй мировой войне и создание «Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России»). Фактически, происходит «институциализация подавления «неправильной» истории» и «компенсаторная самоидентификация с советским прошлым», а также – и это принципиальное отличие от других стран – вторжение прошлого в политический дискурс. Анализируются и последствия такого вторжения – существенные изменения во внешней (конфликты с соседними странами) и внутренней политике.

Обосновывается ненаучность борьбы с «фальсификациями» (ведь одним из главных критериев научности теории является её фальсифицируемость, т.е. возможность опровержения при определённых условиях). Отмечается, что для нового подхода к истории России характерны вторичность и «реактивность»: все события отечественной истории трактуются как ответы на чужие инициативы (например, пакт с Гитлером объясняется предшествующим Мюнхенским договором). В результате «Россия лишается не только истории как научной дисциплины, но и истории как проявления собственной субъектности и воли».

Но ключевой проблемой советского прошлого, положенного в основу современной политической идентичности, является вынужденная категоричность. История лишилась нюансов. «Власти поставили российское общество перед выбором: либо идентифицировать себя со сталинизмом в его лубочно-упрощённом изображении, либо, также упрощая проблему, отвергнуть его как фашистский строй».

11 января 2010
1. От редакции: «Суверенная демократия» и конец истории

Похожие материалы

24 мая 2016
24 мая 2016
Жизнь Милены Душановны, ее отца Душана Семиза, талантливого журналиста и писателя, матери Натальи Дмитриевны, одной из первых в России женщин-хирургов, предстала передо мной в наиболее острые периоды истории России ХХ века.
11 октября 2016
11 октября 2016
Михаил Мельниченко о перезапуске «Прожито», новых горизонтах проекта, роли дневников в образовании, личном отношении к личным текстам и выходе в оффлайн
13 мая 2016
13 мая 2016
В работе я использовала воспоминани жительниц нашего города, переживших военное детство, – оказалось, что память об этом ни у кого не изгладилась, а значит, и война, которая закончилась полвека назад, всё еще не ушла из нашей жизни.

Последние материалы