Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
27 сентября 2019

Потаенная история Испании

Подполковник Техеро в испанских кортесах во время мятежа 1981 года
История Испании XX века полна трагедий и нерешенных вопросов, которые вызывают споры до сих пор. Гражданская война и последовавшее за ней установление франкистского режима завершилось не революцией, а мирной и постепенной передачей власти гражданскому правительству. В результате остались законсервированными многие вопросы, связанные с преступлениями со стороны сторонников Франко и их соперников-республиканцев, а также памятью о жертвах этих преступлений.
Предлагаем вашему вниманию доклад Луиса Оррильо, историка и вице-президента Испанской ассоциации учителей истории и географии, прочитанный в Международном Мемориале летом 2019 года в рамках встречи из цикла «Поверх барьеров — Европа без границ». Оррильо рассказал, какое значение для сегодняшнего испанского общества имеют репрессии во время и после Гражданской войны, массовые захоронения и Пакт забвения, принятый во время переходного периода, когда Испания вступила на путь демократии.
Доклад был незначительно сокращен и отредактирован для удобства чтения. Полную видеоверсию, а также публичную дискуссию, которая последовала за докладом, можно посмотреть здесь.

Общественные дискуссии о Гражданской войне в Испании

В этой лекции у меня было искушение обратиться к традиционному подходу, говорить о причинах конфликта, фрагментации, дроблении страны с девятнадцатого века. Можно говорить о среднесрочных причинах, о хрупкости республики или её проекта, о непосредственных причинах гражданской войны в Испании. Но я подумал и решил, что вы всё это можете найти в испанской историографии и иностранной исторической науке, и в целом, сейчас имеется консенсус на этот счет. А я хочу сегодня коснуться полемических вопросов. Вопросов нашей истории, которые касаются повседневной жизни нашей страны. Во-первых, это, конечно, репрессии в ходе гражданской войны и после неё. Я имею в виду братские могилы, массовые захоронения репрессированных со стороны республиканцев. И второе — это, так называемый Пакт молчания.

Вторая Республика

Поэтому приглашаю вас в быстрое путешествие во времена гражданской войны в Испании. Здесь я хочу выделить причины прихода к власти Второй Республики в 1931 году. Это была попытка отставить помещиков, церковь и монархистов от управления страной. Мы видим на фотографии диктатора Мигеля Примо де Ривера и короля Альфонсо Тринадцатого в 1923 году. 

Каковы достижения Республики с 1931 года? Это, прежде всего, огромные реформы в сфере образования. Всего за 1931-1933 годы в стране было построено более 10 тысяч школ.

Но были допущены и ошибки. Республика, например, запретила религиозным орденам преподавание в школах. И если мы учитываем, что около 70% населения были практикующими католиками, я считаю, что Республика нажила себе совершенно ненужного врага и противника.

Кроме того, Республика с самого начала подвергалась различным нападкам и угрозам. Она приходит к власти 14 апреля 1931 года, и уже в 1932 году происходит первый путч, попытка военного государственного переворота генерала Санхурхо. Были и другие случаи — скажем, революция 1934 года в Астурии, когда три министра правой монархической партии вошли в правительство республики, и левые силы устроили восстание. Кроме того, Республика подвергалась угрозам сепаратизма со стороны каталонских националистов, и руководитель Каталонии Франсиско Масиа провозгласил Каталонскую республику в рамках испанской федеральной системы. Потом, весной 1936 года, когда к власти пришел «Народный фронт», происходили стачки, забастовки, крестьяне занимали земельные участки. Все эти кризисы, конечно, измотали и лишили сил республиканские проекты. И наконец, последний этап республики – это приход «Народного фронта» к власти в феврале 1936 года, за которым последовали стачки, забастовки, крестьяне начали занимать земельные участки. К этому добавились политические убийства как правых, так и левых лидеров: прежде всего, выделю убийство лейтенанта Кастильо и второе, более известное, ответ на него — убийство лидера монархических сил Кальво Сотело. И наконец, мятеж 17 июля 1936 года, [в результате которого к власти пришел Франко].

«Народный фронт»

Испанская Фаланга еще с 1932 года готовила мятеж и поддерживала связи с муссолиниевской Италией. Гражданская война была войной идеологий. Это было первое столкновение фашизма — гитлеровского, муссолиниевского — со сталинским Советским Союзом.

Известно, что эти страны помогали сторонам конфликта. Германия и Италия помогали франкистской Испании. Например, в 1937 году немецкая авиация провела массированную бомбардировку басксого города Герника. Италия направила более 70 тысяч бойцов экспедиционного корпуса в Испанию. Помощь фашистских государств франкизму продолжалась в течение всей гражданской войны с 1936 по 1939 год. В свою очередь, Советский Союз направил более 2000 советников и военных в помощь Республике. Известны также «интербригадисты» — в Испании их было более 30000. Советская помощь была очень важна при обороне Мадрида в сентябре 1936 года, но она в основном закончилась к концу 1937 года, в 1938 году были выведены члены «интербригад». Понятно, что сталинский проект предусматривал некую консолидацию левых сил в борьбе с фашизмом, но позднее Испания стала для Сталина не столь интересна, поэтому германская и итальянская помощь продолжилась, а советская стала менее интенсивной. С 1938 года проект поддержки Республики заканчивается для Советского Союза.

Важную роль в испанской войне сыграли также Англия и Франция. Франция предложила создать комитет по невмешательству в испанские дела, и Англия согласилась. Англия стремилась избежать войны с Гитлером и Муссолини любой ценой. И если она и вмешивалась в испанскую войну, то только для того, чтобы вести борьбу одновременно как с фашизмом, так и с коммунизмом.

Начало конфликта

Итак, какова ситуация в начале конфликта? Франко с самого начала избегал столкновения и взятия Мадрида, потому что у него был другой подход. С сентября 1936 года Франко назначается главой испанского государства в мятежных районах, франкистских районах. Вначале он не участвовал в мятеже. И был одним из последних генералов, которые присоединились к мятежникам. Мятеж был поднят генералом Санхурхо, который погиб на третий день после этого, и важную роль в его победе сыграла английская помощь.

Дело в том, что за несколько дней до мятежа один из крупнейших банкиров Испании Хуан Марк использовал свои контакты с британскими спецслужбами и арендовал самолет Dragon Rapide. Этот самолет отправился на Канарские острова, где находился генерал Франко, и перевез его на север Африки в испанское Марокко. Мне кажется очевидным, и я вижу это в источниках, что английские спецслужбы знали об этом мятеже — этот тезис я развиваю в своей диссертации, которую сейчас пишу. Помощь Англии, которая помогла Франко прилететь в город Тетуан в Марокко, а также помощь Гитлера и Муссолини самолетами позволила Франко наладить воздушный мост и перебросить войска с севера Африки на Пиренейский полуостров. Франкисты быстро занаяли Кадис и Севилью и закрепили свое преимущество. Затем Франко перевез в Европу 50000 солдат. Это элитные силы испанской армии, войска, расквартированные в Марокко, основная ударная сила армии Франко. Это не мой тезис, а Франсиско Сьюдада, ассистента республиканского генерала Рохо. Генерал Сьюдад говорил, что вторая республика практически проиграла войну в первые месяцы из-за неравенства сил.

Президент республики Мануэль Асанья уже в начале войны был настроен очень пессимистично из-за видных генералов во франкистском лагере — прежде всего, Эмилио Мола. Мола быстро завоевал Сан-Себастьян на севере Испании в сентябре 1936 года, это позволяло получать вооружение через французскую границу. В это время Франко продвигался по Экстремадуре по Дахосу. В сентябре 1936 года он не пошел на Мадрид, а направился в Толедо, чтобы освободить Альказар. И здесь я хочу отметить, что советская помощь, конечно, была ключевой причиной, по которой Мадрид не был взят осенью 1936 года.

Видя это превосходство франкистов, мы задаться вопросом: почему Франко не поставил себе целью быстро закончить войну? На мой взгляд, тут надо понять ментальность Франко. Это консервативный генерала в межвоенный период, и его воззрения возникают из определённых журналов и прессы. Он читал те же журналы, что и Петен во Франции, и идея, которую продвигает Франко — это идея Крестового похода. Целью Франко была не только победа в войне. Это был Крестовый поход против масонов, марксистов и сепаратистов.

Испания 1

Геренерал Франко в 1936 году
Артуро Реке. Крестовый поход (1948 — 1949)
Астурия – провинция, где началась Реконкиста и объединение Испании в VIII в. Символическое место, куда были стянуты силы Франко в 1936 – 1937 годах

Франко считал себя продолжателем Реконкисты, которая началась в Средние века в Испании, когда христиане боролись с маврами. И точно так же Франко считал, что главное — изгнать инакомыслие из Испании. Только инакомыслящими на этот раз были не мусульмане, а марксисты, масоны и сепаратисты.

Репрессии и концлагеря

Как были организованы репрессии? Вы видите вход в один из концлагерей в Экстремадуре.

Экстремадур. Остатки концлагеря Франко

Концлагеря возникают с самого начала войны. Они были даже на севере Африки. Дело в том, что репрессии франкизма происходили в условиях гражданской войны, когда брат шёл на брата, сосед на соседа. По современным оценкам, в ней погибло не менее 300 000 человек, 160 000 из них были мирными жителями. То есть погиб каждый тридцатый испанец. Кроме того, было и изгнание, эмиграция — не менее 400 000 испанцев уехали в другие страны. Из них многие были представителями интеллигенции. Это, конечно, была большая утрата для страны.

После победы в войне в страну не пришел не мир, [а репрессии]. На въезде в Мадрид до сих пор стоит триумфальная арка — это недалеко от Монклоа, где франкистские войска вошли в город. Триумфальная арка символизирует победу Франко.

Триумфальная арка, Мадрид

Единственной разрешённой партией стала Испанская Фаланга, которая вобрала в свои ряды все правые силы, в том числе некоторых преступников и наёмных убийц.

В апреле 1937 года, вы видите эту фотографию, и здесь Франко уже носит форму Фаланги с карлистским беретом.

Франкисты говорили, что репрессии, которые они осуществляли не только во время войны, но и после нее, были целенаправленой и запланированной акцией, чтобы сломить сопротивление. Франко и его генералы говорили, что эти репрессии легитимны – мол, это, в частности, ответ на сжигание монастырей и на убийство 13 епископов и 6 000 священников силами республиканцев. В том числе и отсюда идея Крестового похода.

Это всё действительно так но хочу отметить также, что есть цифры по республиканским репрессиям. Сейчас есть консенсус по числу их жертв — примерно 60 000 погибших. по наиболее скромным подсчётам. В то же время, что касается репрессий франкистов, оно вдвое выше — 100 — 120 тысяч жертв. Кроме того, репрессии в период с 1939 по 1945 год – это не только убитые, но и более 300 000 узников трудовых или концентрационных лагерей.

И это острый вопрос в современном испанском обществе. Около 40 000 республиканцев были расстреляны во время и после войны, и многие из них лежат в безымянных массовых захоронениях. Репрессии франкистов не только отличаются по масштабу от республиканских (почти вдвое больше жертв), но и самой своей природой. Репрессии в лагере республиканцев происходили в связи с тем, что республиканского правительства и государства в начале войны почти не было. В первые месяцы республиканское правительство практически отсутствовало, они раздавали оружие ополчению, профсоюзным и партийным вооружённым группам. Поэтому республиканское правительство осуждало репрессии, развязанные этими группами, а также анархистами и другими.

Репрессии же со стороны Франко были запланированными и целенаправленными.  

Генерал Эмилио Мола

Генерал Эмилио Мола говорил, что все сторонники «Народного фронта» должны получить пулю в голову. «Тайно или открыто, мы должны сеять террор», — говорил он. «Мы должны убить всех тех, кто думает иначе, чем мы», или ещё одна фраза генерала Мола: «Если мой отец будет моим оппонентом, я без колебаний застрелю его».

Этот образ мыслей был характерен не только для генералов, таких как Мола. Так, в начале войны генерал Франко дал интервью американскому журналисту Джею Аллену. Журналист спросил Франко: «Вы готовы уничтожить половину Испании, тех, кто думает не так как вы?» И Франко ответил: «Никакого прекращения огня быть не может. Я готов спасти Испанию от марксизма любой ценой». Именно этот образ мыслей привел к организации концлагерей.

Это лагерь в Кастуэре.

Остатки лагеря в Кастуэре

Историк Карлос де Мигель подсчитал, что в период с 1936 по 1939 год в Испании было порядка 300 лагерей. Очень трудно найти доказательства, потому что Франко заметал следы, и сейчас от этих лагерей практически ничего не осталось. Но благодаря частичной открытости архивов мы можем посмотреть, какой была повседневная бытовая жизнь узников этих лагерей. Кроме того, хочу отметить, что многие из этих лагерей работали и после Второй мировой войны. Последний из них — Миранда де Эбро, вот его план.

Фотография с информационной таблицы лагеря Миранда де Эбро

Вот ещё фотография этого лагеря, где были, кстати, бойцы Интербригад и узники Второй мировой войны.

Последний лагерь был закрыт в 1947 году.

Исследования по гражданской войне и по репрессиям

Должен признать, что лучшие работы историков по репрессиям, написанные в 60–70-х годах, принадлежат перу иностранных историков: Габриэлу Джексону, Хью Томасу или Раймону Карру. Лучшие фильмы по этому периоду также сняты иностранными режиссёрами, такие как «Земля и свобода» Кена Лоуча.

С 70–80-х годов испанские историки работают совместно с иностранными историками. Например, Раймон Карр работает вместе с Хуаном Пабло Фуси, а испанский историк Туньон де Лара проводит семинары для молодых испанских историков во Франции, в городе По.

С этого момента начинают возникать серьёзные, глубокие исследования по периоду гражданской войны. Не случайно в 2001 году появился роман-бестселлер Хавьера Серкаса «Солдаты Саламина».

Этот роман подчёркивает обязательство преодолеть конфликт и достигнуть взаимопонимания между представителями двух лагерей. В это время, конечно, выходило много статей и даже энциклопедий по Гражданской войне и по Второй Республике. Это были приложения к крупным газетам Diario 16 и Pais

Одновременно, изучению репрессий в Испании препятствует неполное открытие архивов. По казням республиканцев, расстреляных тройками или военными трибуналами, эти архивы частично закрыты до сих пор, частично — бесследно пропали. Поэтому необходимо, конечно, добиться рассекречивания архивов. Кроме того, в нашей стране также до сих пор закрыты архивы МВД и других правоохранительных органов. Нам необходимо раскрыть осведомительскую сеть среди гражданского населения, которая поддерживала диктатуру.

Массовые захоронения

Еще одна тема, важная для нашего общества — это массовые захоронения, братские могилы погибших в Гражданскую Войну и после. Этот был поднят во времена правительства «Народной партии» Хосе Мария Аснара.

Правительсьво «Народной партии» Хосе Марии Аснара

В 1996 году к власти пришло консервативное правительство — впервые в Испании со времен Второй Республики. И именно тогда возник вопрос о массовых захоронениях. В тот момент в Испании возникла вот эта карта захоронений.

Источник: Министерство юстиции Испании

Некоторые находятся на кладбищах, но очень многие — по обочинам дорог, в канавах, в лесах и просто в открытом поле. Прошло уже 25 лет с момента смерти диктатора, но ничего не было сделано для достойного захоронения останков жертв репрессий на франкистской территории. Жертвы республиканских репрессий, которые проводили представители левых профсоюзов и левых партий, были захоронены по-христиански, а те, кто погиб на франкистской территории, находятся в братских могилах, зачастую безымянных. Поэтому первым требованием родственников стал поиск и достойное захоронение останков из массовых захоронений. У нас есть четкий пример: в противоположном стане, в Паракуэльос-де-Харама, когда Франко в начале гражданской войны подходил к Мадриду, там расстреляли более 2 000 заложников из числа представителей буржуазии и других социальных групп. Это были узники республиканских тюрем, представители правых профсоюзов и те, кто поддерживал мятежников. Эти две тысячи жертв были достойно захоронены на кладбище. Если будете подъезжать к Мадриду со стороны аэропорта, вы увидите огромный крест, посвященный им.

А республиканцы по-прежнему лежат по канавам и в лесах. Это доказывает, что оба лагеря, конечно, запятнали свои руки кровью и проводили репрессии, но память о жертвах совершенно неравномерна.

Испанский переход к демократии

Почему это происходит, как стало возможным то, что это происходит нашей стране? В Испании, переход к демократии происходит не в результате революции, как например в Португалии, где произошла Революция Гвоздик. Не было никаких комиссий по расследованию правды, как во Франкфурте в Германии. Процесс демократизации в стране запустили представители самого режима, вышедшие из фаланги — в первую очередь Адольфо Суарес. Вот на фото он приносит присягу на испанской конституции в присутствии Франко и в униформе фаланги.

Адольфо Суарес

И посмотрите, как изображает того же Адольфа Суареса западная пресса.

Это такой совершенно современный западный человек, вполне нормальный премьер-министр западного типа. И ничего не напоминает о его членстве в Фаланге, то есть.

Что произошло? Дело в том, что транзит испанский зародился в недрах самого режима. Наиболее прогрессивные представители франкизма, если можно так выразиться, запустили эти перемены. С одной стороны, общество в Испании боялось повторения новой гражданской войны. С другой, оно боялось военного путча (который тем не менее произошел 23 февраля 1981 года).

Ассоциация исторической памяти, изменения в законодательстве в 1990-е годы

Тут мы подходим к еще одному полемическому вопросу в Испании. Партии, которые запустили транзит, говорили об «пакте консенсуса», и этот консенсус поддерживался социалистами в период их правления с 1982 по 1996 год. Именно благодаря этому консенсусу их приход стал в принципе возможен. Однако другие силы в Испании считали, что это «пакт забвения», а не консенсуса.

Впрочем, «Закон об амнистии» не предполагал полной амнезии, как считала часть испанской общественности. Он не позволяет использовать в политических целях факты гражданской войны и франкизма для борьбы с политическими оппонентами на выборах. Это была договоренность между элитами, что признает Фелиппе Гонсалес. Но этот «консенсус» не препятствовал вести исследования. Лучшие исследования по гражданской войне и первому этапу франкизма были опубликованы после принятия этого «Закона об амнистии».

Что было после принятия Пакта? Полемика продолжилась. Останки 30 тысяч жертв по-прежнему лежали в братских могилах. И когда первые заявления подавались в суды, те отказывались разрешать перезахоронения. Они говорили, что, например, нет средств для достойного захоронения жертв репрессий. И в ответ на судебные решения была создана Ассоциация исторической памяти.

В частности, Ассоциация обратилась с заявлением в парламент, требуя поддержки заявлений и исков, во-первых, относительно рассекречивания архивов, и во-вторых, относительно средств для достойного захоронения репрессированных республиканцев. Закон обсуждался в парламенте – благодаря давлению на «Народную партию» со стороны соцпартии, а также националистических партий Каталонии и Страны Басков. За 14 лет у власти социалисты ничего не сделали на этот счет. Однако теперь, когда соцпартия оказалась в оппозиции, они стали бомбардировать правительство этими требованиями, и в итоге 20 ноября 2002 года, ровно через 17 лет после смерти Франко, был принят закон, позволяющий региональным и местным властям разрешать захоронения останков репрессированных при наличии денег на это.

Социалистическая партия продолжала оказывать давление, и парламентская фракция «Народной партии» не только приняла этот закон, но и осудила любой авторитарный, тоталитарный режим в стране. Кроме того, была признана репрессивная, карательная природа франкистского режима.

Испанский транзит

Все это позволяет нам проанализировать так называемый «пакт консенсуса», как его называют партии осуществлявшие транзит, или «пакт забвения», как называет его испанская общественность. И мы считаем, что необходимо восстановить истинную историю. Генерал Франко выбрал Хуана Карлоса своим преемником. Это была грубейшая ошибка диктатора, поскольку Франко надеялся, что Хуан Карлос продолжит дело франкизма. Произошло же все наоборот.

В начале премьер-министром при короле Хуане Карлосе I был Ариас Наварро, известный как мясник из Малаги: он участвовал в репрессиях в Малаге как военный прокурор.

И конечно, многие члены франкистского аппарата продолжали находиться в кабинете министров, поэтому необходимо было предпринять серьезные усилия, чтобы в конце концов 16 декабря 1978 года была принята демократическая конституция.

Как можно было добиться этого? Два варианта: сделать аппарат открытым или договориться о реформах. Первая модель предполагала разрыв с франкистским прошлым. Этот вариант был опасен, потому что армия и полиция, представлявшие более традиционные слои франкизма, могли совершить переворот. Поэтому был выбран второй — договоренность о реформах.

Хуан Карлос снял с должности Ариаса Наварро и назначил Суареса, готового вести страну к открытости. Наварро был арестован. Именно таким путем была запущена реформа со стороны наиболее прогрессивных слоев франкистского режима.

На этой фотографии Адольф Суарес, бывший член испанской Фаланги, пожимает руку Сантьяго Каррильо, лидеру компартии, который провел много лет в изгнании.

Некоторые забывают, что лидеры, вышедшие из «Фаланги», вдруг в одночасье превратились в убежденных демократов. Лучшим примером является как раз председатель правительства Суарес. В ноябре 1976 года он принял закон о политической реформе. Это важнейший момент, поскольку он предполагает, что депутаты франкистских кортесов совершили, собственно, политическое самоубийство: приняли решение о самороспуске для начала демократического процесса и свободных выборов. Когда мы говорим о героях испанского транзита, иногда забываем о том, что процесс был очень сложным, подчас проходил с применением насилия. В процессе демократизации погибли, по разным цифрам, от 100 до 200 человек. Это прежде всего убитые студенты и члены левых партий, которые отстаивали свои права на демократию. Были также убийства адвокатов (семей адвокатов), защищавших членов компартии. Этих людей убили либо сотрудники полиции, либо ультраправые. Были также жертвы террористической организации басков. Но все это позволило легализовать коммунистическую партию, которая активно участвовала в процессе демократизации.

Газета с фотографией с похорон убитого адвоката

Теперь что касается «пакта забвения». Сам глава правительства Гонсалес сейчас рассказывает, что за период с 1982 по 1996 годы, когда он был у власти, он больше всего жалеет, что ничего не мог сделать для достойного захоронения репрессированных республиканцев.

Гутьеррес Мельядо, которого вы видите на этой фотографии рядом с Суаресом, был близок к Суаресу:

И он говорил Гонсалесу: «Ты скоро будешь главой правительства и учти, лучше не ворошить прошлое и не вспоминать о репрессиях периода гражданской войны», или «Война еще помнит прошлое, и вполне возможен военный путч, если ты затронешь эти вопросы».

Филиппе Гонсалес до сих пор говорит, что жалеет о своем бездействии на этот счет. И хотя его раскаяние меня не очень убеждает, это может быть справедливо для первого периода правления соцпартии. Но после вступления в Евросоюз и в европейские структуры очень жаль, что Испания не воспользовались возможностью для перемен в этих вопросах.

Еще один закон, свидетельствующий об этой политике «пакта забвения» или «консенсуса» — это второй закон правительства Суареса.

Закон об амнистии

В конце 1977 года был принят закон об амнистии. Приняли его благодаря созыву демократических кортесов, при широкой поддержке общественности. Есть много исторических работ — например, профессора Паломы Агилар, — которые показывают, что общественность поддерживала этот закон. Более 70 процентов депутатов проголосовали за его принятие, и он коснулся даже некоторых членов террористической организации «Эта», которые продолжали свои террористические акты.

Во второй статье этого закона об амнистии было сказано, что любые политические преступления, совершенные до 15 декабря 1976 года, не наказываются. То есть чиновники, франкистские военные, полиция — все они освобождались от ответственности и не подвергались суду за свои деяния.

Почему это произошло в нашей стране, как такой закон могли поддержать в народе? Как я уже говорил, в стране царил страх и боязнь повторения прошлого, гражданской войны или путча военных. Поэтому люди предпочитали мир, экономическое развитие и продолжение демократического процесса. Закон об амнистии позволил Суаресу продолжать быть лидером реформ во главе партии Демократического Центра. В ней в основном состояли бывшие члены франкистского аппарата, которые перешли в эту партию. И эта партия возглавила реформы при консенсусе политической оппозиции.

Путч 23 февраля 1981

В итоге всё-таки путч произошел. Испанцы считают, что это было завершением транзита к демократии. 23 февраля 1981 года 200 жандармов гражданской гвардии во главе с подполковником Техеро ворвались в кортесы, где обсуждался вопрос о назначении главой правительства Кальво Сотело. Некоторых депутатов взяли в заложники, кто-то смог выбежать из зала, но Суарес и Сотело остались в здании. Путч остановил сам король, публично обратившись к военным, которые колебались и не знали, поддержать ли им переворот. Хуан Карлос выступил по телевидению в военной форме и сказал путчистам, что необходимо продолжать демократический процесс, ни в коем случае не прерывая его подобными действиями. В итоге, путч был подавлен.

Выступление короля Хуана Карлоса I по телевидению

Подполковник Техеро остался практически один, хотя его вроде бы поддерживал генерал Армада и до путча он был военным советником короля Хуана Карлоса. Вот герой гражданской войны, мятежник генерал Миланс дель Боск, который также участвовал в этом путче и вывел танки на улицы Валенсии.

Путч, конечно, сыграл значительную роль в таких событиях, как закат партии Демократического Центра Суареса и взлет Соцпартии во главе с Фелиппе Гонсалесом. Сторонники левых воззрений считают, что попытка госпереворота и приход власти Соцпарти как раз привели к консолидации «пакта забвения».

Испанская память после 1985

Как бы то ни было, с тех пор в стране много что изменилось. Демократия укрепилась благодаря вступлению Испании в Евросоюз и европейские институты в конце 1985-го – начале 1986 года. Для испанского общества важно и то, что глава правительства от Соцпартии Сапатеро добился принятия «закона об исторической памяти», в котором много внимания уделялось жертвам репрессий.

Хосе Луис Родригес Сапатеро, глава Испанского правительства, при котором в 2007 г. был принят «Закон об исторической памяти»

Но в этот момент, как вы знаете, в 2007 и в 2008 году разразился экономический кризис, который имел серьёзные последствия для Испании. Вскоре после этого в 2011 году к власти пришел представитель «Народной партии», консерватор Мариано Рахой.

Правительство «Народной партии» Мариано Рахоя

Его правительство вновь заявило, что средств для перезахоронения нет. Это, кстати, привело в условиях экономического кризиса к приостановке «закона об исторической памяти», а сама политическая система привела к возникновению «Движения 15 мая» в 2011 году.

Митинг «Движения 15 мая»

Это новое движение требовало перемен и говорило, что «закон об амнистии» — скорее «закон об амнезии», и что его надо пересмотреть. В условиях экономического кризиса коррупционные скандалы привели к упадку «Народной партии» и взлету новых политических партий: «Сьюдаданос», [которую в СМИ связывают] с правыми, правоцентристскими силами, ультраправой партии «Вокс» и партии левого толка «Подемос».

При этом надо признать, что помимо вопроса о достойном захоронении репрессированных, не решены и друге важные для испанского общества вопросы. Это перенесение, например, останков диктатора из «Долины Павших». Или шире: что в целом делать с «Долиной Павших», которая тесно связана со всеми этими вопросами?

Вопрос Каталонии также несколько связан с этим, поскольку каталонский национализм возникает в конце 19-го века, и историк Хуан Пабло Фуси считает, что именно слабость государства приводит к расцвету национализма в Каталонии и Стране Басков. При этом следует отметить, что каталонцы получают свой статут об автономии уже в 1932 году при Второй республике, и Гражданская война нарушила этот процесс автономизации Каталонии. С октября 1934 года и революции в Астурии этот процесс прерывается. Но при переходе к демократии культурный вопрос особенности Каталонии перерастает в вопрос выстраивания нации, Плюс экономические проблемы также влияют на действия каталонских сепаратистов. Впрочем, думаю, на эту тему можно было бы устроить еще одну лекцию.

Похожие материалы

6 марта 2017
6 марта 2017
Музей обороны и блокады Ленинграда выпустил сборник статей по работе с одной из самых сложных тем в школьном курсе истории – Блокаде Ленинграда. «УИ» публикуют электронный вариант сборника-методички вместе с фрагментом вступительной статьи от А. Д. Раппопорт и Н. Г. Шейко.
1 февраля 2016
1 февраля 2016
Как говорить о памяти про Войну с семиклассниками в методичке Светланы Калининой, учительницы русского языка из средней школы селения Атамановское Кемеровской области.
9 января 2014
9 января 2014
В ноябре 2013 г. в методическом семинаре для учителей истории состоялось обсуждение фильма «Холокост – клей для обоев?» В дискуссии приняли участие учителя истории – руководители работ участников школьного конкурса Международного Мемориала и режиссёр фильма Мумин Шакиров.
21 февраля 2014
21 февраля 2014
«Уроки истории» открывают подборку фотографий, объединённых темой Колымы. ГУЛАГ, изнурительная работа в нечеловеческих условиях, смерть... а вокруг – удивительной красоты природа. Климат и природное великолепие дошли до наших времён, а ГУЛАГ остался страшным воспоминанием о прошлом. Но появилась и новая примета: вместо предприятий, электростанций, объектов промышленной и жилой инфраструктуры, создававшейся трудом заключённых, – развалины.

Последние материалы