Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
9 апреля 2018

«Мусават»

азербайджанское подполье в борьбе за независимость страны
Руководители второго подполья партии “Мусават” в тюрьме АзГПУ: №4 – председатель ЦК Дадаш Гасанов, №1 – секретарь ЦК Ахмед Гаджинский.

Подпольная борьба мусаватистов за восстановление государственной независимости Азербайджана началась сразу после оккупации Азербайджана войсками большевистской России 28 апреля 1920 года. Неспособность властей Азербайджана воспрепятствовать оккупации страны привела к расколу в бывшей правящей партии страны «Мусават», которая с момента оккупации возродила свою деятельность в новом качестве и в реформированном виде. С этого времени она фактически стала левой тюркской националистической партией. Мусаватисты были единственной организованной силой в Азербайджане, оказывавшей серьезное сопротивление оккупантам и местным большевикам, и поэтому именно против них была направлена работа всей репрессивная машина большевистского режима с первых же дней оккупации.

Единственным подробным документом, проливающим свет на деятельность азербайджанского подполья, является следственное «Дело Дадаша Гасанова и других» (Архивный номер 500518) в семи томах составленное сотрудниками АзГПУ, которое хранится в архиве Службы Государственной Безопасности Азербайджанской республики. Основное изложение событий в данном исследовании ведется на основе этого источника. Помимо этого, в статье использованы также другие источники и исследования ученых.

Мусаватское подполье в 1920-1923 годах

Сразу после оккупации страны, большевики стали оказывать давление на все политические партии страны с целью признания законности нового режима. В результате многие партии либо самораспустились, либо слились с Азербайджанской Коммунистической партией (большевиков).

Что касается правящей партии «Мусават», то по словам члена первого подпольного Центрального Комитета (ЦК) партии Мамед Садыха Кулиева, его члены объявили о «борьбе с бюрократизмом и проникшими в партию буржуазными элементами». В новую инициативную группу левого «Мусавата» вошли 25 человек, в числе которых были Мирзабала Мамедов (Мамедзаде), Абдул Ваххаб Мамедзаде (Йуртсевер), Мамед-Садых Кулиев, Расим Касимов, Сеид Заргяр и другие. Председателем ЦК первого подполья стал Мирзабала Мамедзаде (Мамедов). Идейным лидером азербайджанского сопротивления являлся Мамед Эмин Расулзаде — бывший председатель Азербайджанского Национального Совета, объявившего в 1918 году независимость Азербайджана.

29 апреля 1920 года состоялся чрезвычайный конгресс партии«Мусават», на котором несколько членов этой партии выступили с инициативой роспуска партии и перехода на сторону большевиков. Однако эта инициатива была отвергнута большинством, которое настаивало на независимости Азербайджана и борьбе против оккупации. Особую активность на конгрессе проявляли студенты Бакинского университета.

На конгрессе был избрал новый ЦК партии «Мусават» в составе 15 человек, в который вошла в полном составе упомянутая выше инициативная группа. ЦК принял обращение к большевикам с требованием легальной деятельности в пределах закона, однако это требование было отвергнуто.

Работа над организованным сопротивлением оккупации в условиях подполья велась на протяжении 1920-1922 годов. Мусаватисты были уверены, что в связи со сложным международным положением оккупация продлится недолго и поэтому стали создавать не только новые партийные, но и военизированные структуры. Деятельность велась в двух направлениях: пропаганда идеи восстановления государственной независимости Азербайджана и подготовка вооруженного восстания против оккупантов.

Собрания членов руководства первой подпольной организации наиболее часто проводились в доме одного из самых активных членов подполья доктора терапевтической клиники Азербайджанского Государственного Университета Дадаша Гасанова (Гасанзаде). На этих собраниях была подвергнута критике мусаватская эмиграция, в частности Мирзабала Мамедзаде обвинил их в бездействии. По его словам от эмигрантов нельзя ожидать каких-то конкретных действий против оккупантов и поэтому надо самим организовать борьбу против большевиков.

Печатным органом подпольной организации «Мусавата» была газета «İstiqlal» (Независимость), которую стали выпускать с 1922 года. Всего было издано 18 номеров газеты по 30-50 экземпляров. Также печатались программа партии и листовки, в которых содержались призывы к восстановлению государственной независимости Азербайджана.

Организационная структура подполья

К 1921 году «Мусават» имел следующую организационную структуру, которая действовала до разгрома со стороны АзГПУ первого подполья в 1923 году:

  1. ЦК, в состав которого входило высшее руководство партии. Председателем ЦК был Мирзабала Мамедзаде (1898-1959);
  2. Бакинский комитет (БК), возглавляемый Абдул Ваххабом Мамедзаде.
  3. Военная организация;
  4. Ячейки партии в Баку и уездах Азербайджана. В Баку действовали четыре районные организации, каждую из которых возглавляли три человека. В уездах были созданы организации в Сальяне и Ленкорани, но особенно влиятельной была ячейка в Гяндже. Были планы создания ячеек партии в Дагестане и Туркестане, однако претворить их в жизнь не удалось.

Особое значение в структуре подпольного «Мусавата» играла военная организация, общее руководство которой до 1923 года осуществлял Дадаш Гасанов, — именно путем вооруженного восстания планировалось положить конец оккупационному режиму.

С начала 1923 года военную организацию при ЦК стала возглавлять пятерка в составе Мамед Садыха Кулиева, Ахмеда Гаджинского, Ибрагима Ахундзаде, Али Гусейна Дадашева и Исфандияра Векилова. Собрания пятерки при ЦК проводились на квартире А. Г. Дадашева.

В это же время, существовала также военная организация при БК, которую возглавляла пятерка в составе Нуруллы Кулибекова (агитационная работа), Ибрагима Ахундзаде (организационные вопросы), Нуруллы Рзабекова (снабжение), Мовсума Ибрагимова (связь), Ибрагима Атакишиева (работа с военными группами). Активными членами военной организации были также Мовсум Бекдамиров и Насрулла Ризабейли. В работе военной организации при БК принимали участие также Д. Гасанов и А. Гаджинский. Собрания военного отдела БК в основном проводились на квартире доктора Дадаша Гасанова, который для пропаганды среди военных организовал тройки активистов в уездах.

В военной организации были следующие отделы:

  1. Организационный, занимавшийся вербовкой новых членов;
  2. Оперативный, ведавший сбором разведывательных данных относительно частей Красной Армии;
  3. Снабжения, отвечавшим за обеспечение оружием и боеприпасами участников предполагаемого восстания.
  4. Агитационный, занимавшийся пропагандой идей независимости Азербайджана, необходимости вооруженного выступления против оккупантов и захвата стратегических объектов, а также привлечением на свою сторону солдат и офицеров Красной Армии.

Лидеры военной организации разбили Баку на сектора, в каждом из которых была своя ячейка с руководителем, который в день начала восстания должен был мобилизовать всех имеющихся в распоряжении людей.

Дата начала восстания не указывалась, предписывалось ожидать команду от ЦК «Мусавата» в любое время. В любом случае планировалось начать его непосредственно вслед за восстанием в Грузии. Оружие восставшим обещал предоставить начальник хозяйственной команды штаба Наркомвоенмора Мовсум Ибрагимов.

Благодаря активной пропаганде в частях Красной Армии, мусаватистам удалось привлечь на свою сторону значительное количество офицеров. В следственном деле упоминаются имена начальника пулеметной команды Азсводвоеншколы Исхака Дадашева, помощника начальника инженерного отряда Закарии Векилова, помощника командира батареи Союна Пашаева, помощника коменданта штаба Наркомвоенмора прапорщика Сулеймана Гаджиева. Восстание должны были поддержать около 80 курсантов Азсводвоеншколы.

Согласно следственному делу, к 1923 году ячейки военной организации «Мусавата» имелись в Азсводвоеншколе, Авиашколе, Конвойной команде Аз. ССР, 3-м полку Азербайджанской дивизии в Гяндже.

Военная организация имела даже доступ к секретной информации, благодаря делопроизводителю штаба Наркомвоенмора Сеида Мир Багира Рзаева, которую он передавал Дадашу Гасанову и Ахмеду Гаджинскому.

Связи с турецкими представителями

ЦК партии «Мусават» в подполье в 1920-1921 годах имел тайные связи с турецким консульством в Баку, в частности, с консулом Мемдух Шевкет беем. Однако турки не оказали никакой ощутимой поддержки мусаватистам. Помощь была ограничена лишь услугами связи и некоторым количеством денег.

Согласно материалам следствия, турки помогли организовать побег в Турцию бывшего председателя Национального Совета Азербайджана Мамед Эмина Расулзаде из Москвы в Стамбул. Эта секретная операция подпольного “Мусавата” была осуществлена в 1922 году Дадашем Гасановым, Рагимом Векиловым и известным татарским просветителем Мусой Бигиевым.

Вызывает большой интерес переписка между Мирзабалой Мамедзаде и турком по имени Эдин, который выполнял какую-то тайную миссию во время восстания в Аджарии в 1922 году. М. Мамедзаде изложил ему свои соображения относительно намечавшегося в то время вхождения Азербайджана в состав СССР. По его словам, никакого союза республик не будет. Азербайджан просто хотят ввести в состав России и закрепить оккупацию юридически.

Далее он упомянул, что начиная со 2 декабря, в знак протеста против вхождения в состав СССР, в Азербайджане началось восстание в Карабахе и Шемахе. Был разрушен питающий водой Баку шолларский водопровод, в нескольких уездах были убиты активисты компартии; сожжен судоремонтный завод «Кавказ и Меркурий», с которого отправлялись в Россию груженные бакинской нефтью пароходы. В пригородах Баку также было неспокойно: сожжены промыслы, сорвана поставка нефти в Россию. Восстание было подавлено армией, всего арестовано около 200 человек. В конце своего письма М. Мамедзаде писал, что возможности ограничены и если турки не окажут помощь, то восстание будет окончательно подавлено. Однако в ответ на эту просьбу Эдин ничего конкретного, кроме моральной поддержки и некоторой суммы денег, не обещал.

Сотрудничество с Паритетным комитетом Грузии

Большое значение в деятельности подпольного «Мусавата» придавалось связям с грузинским антисоветским движением. У них были общие цели по восстановлению государственной независимости обоих стран. Кроме того, мусаватисты посредством контактов с грузинскими меньшевиками надеялись на помощь Антанты.

После оккупации Грузии войсками большевистской России, все основные партии страны приняли решение преодолеть внутренние противоречия и объединить свои силы на борьбу с оккупацией. Это привело к созданию «Комитета независимости Грузии» (Паритетного комитета).

В 1921 году, Мирзабала Мамедзаде трижды побывал в Тифлисе и встречался с одним из лидеров грузинского подполья Сильвестром Джибладзе. Грузинские партнеры настаивали на создании такого же комитета в Азербайджане и других регионах Кавказа. После этого планировалось создать объединенный кавказский центр этих комитетов с целью подготовки и руководства восстанием против оккупационных сил.

После переговоров, М. Мамедзаде приступил к попытке создания Паритетного комитета Азербайджана и мусаватисты стали поддерживать постоянные связи с Тифлисом. Первоначально эта работа была возложена на Алиофсата Наджафова. Но после его ареста в 1923 году, эту миссию временно исполнял Дадаш Гасанов. Мирзабала Мамедзаде отправил его в Тифлис, где он встречался с бывшим министром меньшевистского правительства Грузии Ноем Хомерики, который вернулся из эмиграции, чтобы организовать восстание против большевиков. После этого была установлена связь с представителем грузинских меньшевиков в Баку Г. Салуквадзе. После Д. Гасанова работу в этом направлении продолжил Али Юсифзаде, которого в 1924 году арестовал Аз ГПУ вместе с Г. Салуквадзе.

Разгром первого подполья

Тем временем ОГПУ внимательно отслеживал процесс становления грузинско-азербайджанского антисоветского союза. В июне 1923 года были проведены первые аресты мусаватистов. Некоторых из них вскоре отпустили с условием того, чтобы они обратились к своим соратникам прекратить антисоветскую деятельность. Согласно листовке, выпущенной Мирзабалой Мамедзаде, прошли аресты не только членов подполья, но и не имеющих к ним отношения представителей азербайджанской интеллигенции. Всех их заставили объявить себя бывшими членами «Мусавата», заявить о прекращении деятельности подполья и переходе на сторону большевиков. М. Мамедзаде решительно осуждал это насилие и заявил, что на самом деле мусаватисты остаются верными своему делу и на сторону советской власти переходить не собираются.

Репрессиям подвергся весь состав ЦК «Мусавата», были арестованы Абдул Ваххаб Мамедзаде, Рагим Векилов, Кербелаи Вели Микаилов и другие. Мирзабала Мамедзаде в это время пытался активизировать деятельность мусаватского подполья, однако АзГПУ провела очередные массовые аресты активистов «Мусавата» и положило конец деятельности возглавляемой им типографии. М. Мамедзаде бежал за границу, однако перед этим он уведомил Дадаша Гасанова и Ахмеда Гаджинского, что решением ЦК они должны возглавить и организовать дальнейшую работу партии.

Разгром азербайджанского подполья был серьезным ударом по планировавшемуся общекавказскому восстанию. Фактически АзГПУ положило конец существованию активного центра мусаватистов и разрушило все их структуры. Удар был также нанесен и по грузинскому подполью, а в августе-сентябре 1924 года грузинское восстание потерпело неудачу и было подавлено Красной Армией.

Мусаватское подполье в 1923-1926 годах

Через некоторое время после разгрома первого мусаватского подполья избежавшие репрессий активисты продолжили деятельность и начали работу по возрождению деятельности партии.

Первое собрание активистов второго подполья было проведено на квартире Дадаша Гасанова в ноябре 1923 года. На этом собрании был сформирован временный комитет на правах ЦК в составе Д. Гасанова, А. Гаджинского, Абульфаза Бабаева, Абдула Абдулзаде, Али Юсифзаде. Однако потом А. Абдулзаде перестал принимать участие в деятельности партии и поэтому был выведен из состава руководства, а А. Бабаев вскоре был арестован. Поэтому в составе ЦК остались только трое членов. Председателем второго ЦК партии стал доктор Дадаш Гасанов (1897-1927), а секретарем Ахмед Гаджинский [Зейналов].

Новый состав ЦК партии подтвердил свою приверженность курсу восстановления государственной независимости Азербайджана. Однако в подготовке общекавказского восстания мусаватисты принимать участие перестали. Видимо это было связано не только с их ограниченными возможностями, но и с пересмотром своей политики партии. В частности, находящийся в эмиграции М. Э. Расулзаде в ноябре 1924 года выступил против восстания, аргументируя это тем, что «пока Россия не вовлечена в какую-нибудь серьезную войну или в России не вспыхнули серьезные осложнения, никакое вооруженное выступление не приведет к цели, и мы рискуем подвергать наши народы неслыханной катастрофе, которая может отодвинуть дело освобождения на многие годы».

До конца 1924 года вся работа сводилась к изысканию средств для материальной помощи семьям репрессированных мусаватистов. Главным образом это делалось за счет ежемесячных членских взносов (в размере 220-230 рублей с каждого члена).

С начала 1925 года подпольная организация активизировала свою деятельность. В ноябре, на собрании в квартире Дадаша Гасанова был сформирован новый состав ЦК второго подполья, в который помимо него вошли А. Гаджинский, А. Бабаев, М. Г. Велиев (Бахарлы) и Р. Векилов. Был также избран новый состав БК, в который вошли Мир Абдул Гани Мир Касимов, Газанфар Султанов (студент АПИ), Сулейман Исрафилов (студент АМИ), Габиб Мамедов (учитель техникума им. Нариманова).

Активизировалась работа мусаватистов и в уездах. В частности сильное подполье было создано в Карабахе. Летом 1925 года в Шуше даже был проведен пленум карабахского отделения “Мусавата”, на котором принимал участие Дадаш Гасанов.

Председатель ЦК Дадаш Гасанов предпочитал работать с проверенными людьми и отказывался принимать в организацию новых членов. В своей директиве, которую направил в уезды, он предписывал членам партии проводить чистки в своих рядах, убирать из своих рядов безразличных, безыдейных и бездеятельных людей; собирать деньги в помощь репрессированным мусаватистам, заниматься просветительской работой. Он также говорил о том, что нельзя идти на силовые столкновения с советскими властями, так как это приведет к бессмысленным жертвам среди населения. Согласно Д. Гасанову, необходимо противодействовать деятельности других группировок, особенно «иттихадистов», которые могут организовать подобные провокации.

Д. Гасанов также считал, что на свою сторону надо привлекать не только беспартийных граждан и сторонников независимости Азербайджана, но и коммунистов, в среде которых шла активная пропаганда мусаватистов [Зейналов]. В следственном деле упоминаются имена завербованных членов АКП(б) Сулеймана Гаджиева и Сеида Рзаева. Кроме того, мусаватистам предписывалось замаскироваться и вступать в ряды АКП(б) для подрыва партии коммунистов изнутри. К примеру, в АКП(б) в 1925 году вступили связанные с Д. Гасановым агдамский мусаватист Асад Насиров и Мовсум Ибрагимов. Один из лидеров второго подполья Ахмед Гаджинский не являясь членом АКП(б), тем не менее, был редактором тюркского отдела газеты «Коммунист».

Просветительская деятельность

В работе второго подполья значительное место отводилось патриотическому воспитанию азербайджанского народа, пропаганде истории и национальных ценностей. Этому видимо способствовали директивы М. Э. Расулзаде, который настаивал на активной работе по просвещению населения, укреплению в самосознании народа идей независимости и тюркского единства.

Согласно Дадашу Гасанову, поставленных целей необходимо добиваться путем «создания корпуса образованных кадров, которых необходимо внедрить в государственные и образовательные структуры советских учреждений; по мере увеличения их количества весь аппарат власти должен оказаться в руках сторонников независимости».

К ноябрю 1925 года Ахмедом Гаджинским был составлен план работы под названием «Инструкция внепартийного воспитания молодежи», которую намечалось осуществлять в учебных заведениях и просветительских кружках. Согласно этому плану, молодежи необходимо прививать чувство любви к идее тюркского единства, воспитывать в них чувство гордости от принадлежности к тюркской нации. Одновременно с этим, молодежь должна сопротивляться оккупации и попыткам русификации тюрок. Необходимо выступать только против религиозных предрассудков, но не против традиций и религии своего народа. Детям необходимо давать начальные знания об истории Азербайджана, подчеркивать факт оккупации страны со стороны большевистской России. Также нужно подробно изучать историю Турции и других тюркских регионов. Особое внимание надо обратить на занятия по литературе, преподавать произведения запрещенных советскими властями тюркских авторов, в том числе среднеазиатских, татарских и турецких. На занятиях по географии надо более подробно говорить о тюркских странах и регионах, а также давать подробную информацию о тех странах, которым удалось выйти из-под влияния России. Преподаватели должны также осторожно выдавать знания по этим дисциплинам в рамках официального курса, утвержденного советскими властями для учебных заведений.

Просветительская программа подпольной мусаватской партии привела к созданию многочисленных молодежных патриотических организаций и кружков в 1925-1931 годах, которые действовали также в учебных заведениях Азербайджана. В результате работы мусаватского подполья был зафиксирован рост националистических настроений среди молодежи. Согласно материалам следственного дела, уже в 1925 году «в школе № 18 и Педагогическом техникуме была создана “Молодежная организация тюркского народа”, которая вела работу против комсомольских ячеек этих учебных заведений, на стенах которых были расклеены их листовки». Содержание листовок содержало протест против засилья русского языка в Азербайджане, ограничения возможности в получении достойного образования на азербайджанском или турецком языке.

Также велась работа по распространению запрещенной советскими властями националистической литературы. В частности были напечатаны две листовки, распространены книги М. Э. Расулзаде “Azərbaycanın keçmişi və gələcəyi” (Прошлое и будущее Азербайджана) и «Türkçülüyün əsasları” (Основы тюркизма), а также несколько номеров издаваемого им в Турции журнала «Yeni Qafqasiya» (Новый Кавказ).

Значительное место на тайных собраниях того периода отводилось отношению к тюркологическому конгрессу, который намечалось провести в Баку в 1926 году. Было принято решение в целом поддержать это мероприятие, но отказаться от идеи изменения алфавита с арабского на латинский. В листовке выпущенной членами ЦК по этой проблеме говорилось о том, что необходимость в перемене алфавита существует. Однако это дело продвигают большевики в своих политических целях для того, чтобы расколоть тюркский мир и не дать возможности для его интеграции. Новый единый алфавит должен быть принят не только для Азербайджана, но и для всех тюркских народов. Но именно этого не хотят допустить большевики. Поэтому в настоящее время необходимо выступать против изменения алфавита и решать этот вопрос в будущем, в интересах всех тюркских народов.

Связи с эмиграцией

Согласно материалам следственного дела, в конце 1925 года на квартире Дадаша Гасанова Мемдух Шевкет бей передал мусаватистам письмо от М. Э. Расулзаде, в котором он спрашивал о причинах того, почему подпольщики в Баку не связываются с ним и не передают сообщения о положении в Азербайджане. В том же письме он написал о том, что международное положение продолжает оставаться неопределенным, но все же нельзя терять надежду на восстановление независимости Азербайджана.

Далее М. Э. Расулзаде предупредил, что некая группировка, получив от зарубежных сил большую сумму денег, собирается устроить провокацию на границе Ирана с Азербайджаном и попросил послать туда мусаватистов для пресечения их провокаций, так как в результате этого может погибнуть много людей.

Также М. Э. Расулзаде послал книги и несколько номеров журнала “Yeni Qafqasiya”. Он попросил их продать, себестоимость послать ему в Турцию, а прибыль передать как членам его семьи, так и семьям репрессированных мусаватистов. Не имея возможности воссоединиться со своей семьей, М. Э. Расулзаде до ужесточения пограничных правил в 1929 году регулярно посылал им помощь.

Мирзабала Мамедзаде также передавал подпольщикам различную литературу из Ирана, в том числе номера журнала «Yeni Qafqasiya», которые пересылались туда из Турции.

Согласно материалам следствия, азербайджанской эмиграции, и в частности М. Э. Расулзаде, через турецкие представительства в Баку передавались сведения военного значения. В конце 1925 года Дадаш Гасанов издал специальную директиву следующего содержания: «В уездах необходимо собрать сведения о количестве военнослужащих, милиции и их командирах. Необходимо также выяснить, имеются ли у них на вооружении пушки и пулеметы, и в каком количестве. Также надо обратить особое внимание на структуры эксплуатации железной дороги и иметь там своих людей».

Разгром второго подполья

Согласно материалам следственного дела, возглавляемому в те годы будущим секретарем ЦК АКП(б) Мир Джафаром Багировым, «АзГПУ стало известно, что существует четко оформленный центр мусаватской партии, который действует по всему Азербайджану и имеет связи с мусаватской эмиграцией». Таким образом, 11 марта 1926 года были произведены аресты лидеров второго подполья: Дадаша Гасанова, Ахмеда Гаджинского и Али Юсифзаде. После этого прошли массовые репрессии мусаватистов по всему Азербайджану.

После ареста Д. Гасанова подпольем руководил Абульфаз Бабаев, который был арестован в июле 1926 года. После его ареста из членов ЦК на свободе остались только М. Г. Бахарлы и Р. Векилов, которые, несмотря на жесточайшие репрессии, не прекратили деятельности и оформили новое руководство БК в составе Мир Абдул Гани Мир Касимова, Газанфара Султанова, Сулеймана Исрафилова и Габиба Мамедова. Таким образом, активисты подполья старались не допустить прекращения деятельности мусаватистов в Азербайджане. Однако, немного спустя, все они тоже были арестованы.

Ликвидация подполья проводилась до октября 1926 года. Всего было арестовано 34 человека. Их обвиняли в восстановлении деятельности разгромленного в 1923 году первого мусаватского подполья и его военной организации, шпионаже и сборе разведывательной информации в пользу иностранных разведок, попытках разложения АКП(б) и государственных органов изнутри, подготовке захвата власти в Азербайджане.

Согласно приговору судебного заседания коллегии ОГПУ от 28 февраля 1927 года Дадаш Гасанов, Мовсум Ибрагимов, Джавад Ахундов и Мир Багир Сеид Рзаев были приговорены к расстрелу. Остальные члены подполья были осуждены на сроки от шести до десяти лет и отправлены этапом в Бутырскую тюрьму Москвы. Приговор был приведен в исполнение 6 апреля 1927 года.

После разгрома второго подполья сильного организованного центра мусаватской партии возродить не удалось. Однако отдельные ячейки подпольщиков еще многие годы продолжали свою деятельность и подвергались репрессиям со стороны спецслужб СССР.

Несмотря на то, сразу после оккупации Азербайджана со стороны советской России началось движение сопротивления, тем не менее, оно было в значительной мере неорганизованным и стихийным. Организация подпольной деятельности со стороны оставшихся в стране и не эмигрировавших за рубеж членов мусаватской партии была попыткой создания такого организационного центра, который сумел бы осуществлять общее руководство протестными настроениями.

Вместе с тем следует отметить, что мусаватская партия, которая являлась правящей в Азербайджане в 1918-1920 годах и привела к страну независимости, после советской оккупации значительно преобразилась и фактически стала левой националистической партией. Мусаватисты подполья оформили организацию с новыми целями и задачами, которые сводились к восстановлению государственной независимости Азербайджана.

Подполью удалось создать организационную структуру с четкими программами и целями и заявить о себе как о серьезной политической силе, против которой обрушилась вся мощь карательного аппарата советских властей.

Деятелям второго мусаватского подполья удалось повлиять на дальнейшее просвещение азербайджанского народа. Благодаря их усилиям, в дальнейшем была образована сеть различных просветительских и патриотических кружков в которых воспитывалась молодежь, реализовались творческие способности азербайджанской интеллигенции, росло национальное самосознание народа. Результаты этой деятельности отразились на общих настроениях азербайджанской интеллигенции и политике руководства Азербайджана в постсталинскую эпоху. Этот процесс не смогли остановить даже самые суровые репрессии конца 1930-х годов.

В конечном итоге, спустя несколько десятилетий после тех событий, цель поставленная борцами за независимость Азербайджана была достигнута и страна обрела независимость. Самоотверженная идейная борьба подпольщиков и многочисленные жертвы, которые понес азербайджанский народ в борьбе за независимость, не были напрасными. Идеи независимости, за которые боролись деятели азербайджанского подполья, были реализованы 30 августа 1991 года, когда Верховный Совет Азербайджана принял декларацию «О восстановлении государственной независимости Азербайджанской Республики». За прошедшие годы после независимости, несмотря на тяжелые испытания, страна укрепилась, развилась и доказала свою жизнеспособность.


Библиография:

Балаев, А. 2013. ‘Мамед Эмин Расулзаде. На чужих берегах (1922-1943)’. Москва, ООО ИПЦ „Маска“, 288 с.

Заключительное постановление по делу уполномоченных ЦК, БК, Военного центра и военной организации “Мусават” / Дело Дадаша Гасанова и других. Архивный номер 500518, т. 7, машинопись, оригинал, 1926-1927 // Архив Службы Государственной Безопасности Азербайджанской республики.

Зейналов Э. ‘Мечты, мечты – где ваша сладость?..’ [Электронный ресурс]. URL http://musavat.com/ru/news/nacional-uklonisty-1920-h-ideya-socializma-v…, (дата обращения 19.03.2018).

Мамулиа Г. ‘К вопросу антибольшевистского восстания в Грузии 1924 г. и его последствий для грузинского вопроса в Европе’ [Электронный ресурс]. URL https://ru.scribd.com/doc/130232593/Prometheus-no-15 (дата обращения 19.03.2018).

Мамулиа Г. & Абуталыбов Р. 2014. ‘Страна огней. В борьбе за свободу и независимость. Политическая история азербайджанской эмиграции. 1920-1945 гг.’ Баку, “CBS”, 584 с.

Топчибаши А . М. & Расулзаде М. Э. 2012. ‘Переписка . 1923–1926 гг.’ Москва, Социально — политическая мысль, 148 с.

Əmrahov M. 2009. ‘ХХ əsrdə Azərbaycanda milli azadlıq hərəkatı. Ali məktəblər üçün dərslik.’ Bakı, ADPU nəşriyyatı, 372 s.

Quliyev V. 2001. ‘Mənim babam kim olub?’ Bakı, Şuşa nəşriyyatı, 400 s.

Məmmədzadə M. 1992. ‘Milli Azərbaycan hərəkatı.’ Bakı, Nicat, 248 s.

Yaqublu N. 2012. ‘Müsavat partiyasının tarixi.’ Bakı: Adiloğlu, 334 s.

Yurtsever E. 1954. ‘Gizli «Müsavat» teşkilatının harakteristik vazıfaları’ // İstanbul, «Azerbaycan», № 2-3 (27-28).

9 апреля 2018
«Мусават»
азербайджанское подполье в борьбе за независимость страны

Похожие материалы

6 апреля 2014
6 апреля 2014
Новый директор Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович полагает, что реализация политики исторической памяти является надёжным заслоном от использования на Украине авторитарных и тоталитарных практик.
12 декабря 2012
12 декабря 2012
О Музее жертв геноцида в Вильнюсе, расположенном в здании, которое в одновременно является бывшим штабом гестапо и бывшим зданием КГБ.
18 июля 2016
18 июля 2016
О новой базе данных по сотрудникам НКВД эпохи Большого террора рассказывает Ян Рачинский.