Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Историческое сознание и гражданская ответственность — это две стороны одной медали, имя которой – гражданское самосознание, охватывающее прошлое и настоящее, связывающее их в единое целое». Арсений Рогинский
Поделиться цитатой
16 мая 2016

Мой прадед – солдат Великой Отечественной

Мой прадед Степанов С. Ф. 1906 г.р.(фото из домашнего архива Степановой А.С.)
Мой прадед Степанов С. Ф. 1906 г.р.(фото из домашнего архива Степановой А.С.) Мой прадед Степанов С. Ф. 1906 г.р.(фото из домашнего архива Степановой А.С.)

Автор: Андрей Козырев, школа «Исток», г. Москва

Научный руководитель Ольга Владимировна Хрусталева

 

Мне кажется, что практически в каждой семье на территории бывшего СССР есть погибшие во время Великой Отечественной войны. Наша семья – не исключение. Мой прадед по маминой линии, Степан Фотеевич Степанов, 1906 г. р., ушел на фронт в 1944 г. из Казахстана и погиб в 1945 в Латвии. В нашей семье не знали, где он похоронен, и тем более ничего не знали о его воинском пути. Мама расспрашивала своего отца, моего дедушку Владимира Степановича Степанова, но и он мало что знал. Только сообщил, что его отца ранили (насколько он знает, у него были оторваны или сильно повреждены рука и нога), затем он попал в госпиталь и там скончался от ран.

Начало поиска

О том, что нужно найти место, где похоронен мой прадед, погибший на фронте, в нашей семье говорилось не раз. В 2009 году мой дядя Степанов Юрий Владимирович решил найти в интернете какую-нибудь информацию о своем дедушке. Такая информация нашлась на сайте общественного компьютерного банка данных ОБД «Мемориал», который занимается оцифровкой фондов Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО) РФ. Там указывалось следующее: ФИО прадеда, дата и место рождения, дата и место призыва, последнее место службы (71 СД), воинское звание (красноармеец), причина и дата выбытия. А также имелась фотография: страницы из журнала боевых донесений, о безвозвратных потерях фронтового эвакопункта № 37, на которой была сделана запись о смерти С. Ф. Степанова. Из нее мы узнали, что прадед поступил в эвакогоспиталь № 1027 11 марта 1945 года, умер от ран 4 апреля и похоронен в г. Митава на гарнизонном кладбище, могила № 26.

Через знакомых моей старшей сестры Анны, живущих в Латвии, мы узнали, что город Митава переименован в Елгаву, а бывшее гарнизонное кладбище по Баусскому шоссе теперь называется кладбищем «Миера». И в августе 2009 года мы с папой и мамой поехали в Латвию искать могилу прадедушки. Мы достаточно быстро нашли кладбище «Миера». Недалеко от входа увидели длинные ряды братских могил и разошлись по ним в поисках надписи: «Степанов С. Ф.». Через некоторое время увидели могилу, где в числе других воинов был похоронен и мой прадед. Так через 64 года после его смерти, мы смогли приехать на место захоронения и почтить память прадеда. На следующий день мы приехали еще раз, уже со священником, который отслужил панихиду по всем воинам, похороненным на этом кладбище.

После этой поездки судьба прадеда взволновала меня по-настоящему. Мы с мамой пытались узнать у родственников хоть какую-нибудь информацию о прадедушке. Но выяснить удалось немного. Жил прадед Степан со своей семьей: женой Прасковьей Федосовной и пятью детьми – Петром, Владимиром, Виктором, Анной и Валентиной в Восточно-Казахстанской области, которая в то время являлась одной из основных житниц страны. Поскольку он был трактористом, на него была бронь. И был у него младший брат Сафрон Фотеевич Степанов, 1910 г. р. Когда из военкомата в совхоз, где жил и работал прадед, пришла повестка, в которой было написано: «Степанову С. Ф.», решили, что призывают на фронт Степана. Он поехал на призывной пункт в г. Шемонаиху. А там выяснилось, что на фронт должен был идти Сафрон. Но прадед отказался возвращаться домой и таким образом в мае 1944 г. отправился защищать Родину. Кроме этого мы узнали, что у Анны Степановны Степановой, дочери С. Ф. Степанова, сохранились портрет отца и похоронка. Так я, наконец-то, смог увидеть фотографию своего прадедушки. Это был первый этап поисков.

 

Боевой путь прадеда

Прошло три года. Осенью 2012 года мы всей семьей смотрели фотографии, среди которых были и фотографии нашей поездки в Латвию. И вот тогда я решил, что должен как можно больше узнать о боевом пути и обстоятельствах смерти своего прадеда. Я должен это сделать для деда, для мамы, для себя и для своих потомков. Мой прадед заслужил, чтобы о нем знали и помнили.

Итак, из сведений, полученных на сайте ОБД «Мемориал», я знал, что прадед на момент ранения числился в 71-й СД, и решил поискать в интернете информацию об этой дивизии. К своему удивлению, обнаружил, что в апреле 1945 г. (я брал дату смерти прадеда Степана за отправную точку) существовало две 71-х СД:

1) 71-я гвардейская стрелковая Харьковско-Витебская ордена Ленина, Краснознаменная дивизия;

2) 71-я стрелковая Торуньская Краснознаменная дивизия.

В какой из них служил прадед, было непонятно. Но зная, что прадед умер в эвакуационном госпитале № 1027, решил попытаться выяснить из каких мест поступали раненые в этот госпиталь. А затем посмотреть, какая из 71-х дивизий вела бои в тех местах. С этим вопросом я обратился к латвийским поисковикам на сайт Русского Общества в Латвии. Мне ответили, что, скорее всего, это 71-я гв. СД, которая вела бои в районе города Приекуле на западе Латвии. Чтобы это проверить, надо обратиться в ЦАМО с запросом, числился ли в списках личного состава 71-й гв. СД С. Ф. Степанов, когда и по какой причине выбыл. Там же, в ЦАМО, можно ознакомиться с «Журналом боевых действий 71-й гв. СД», чтобы узнать, при каких обстоятельствах он был ранен.

Кроме запроса в ЦАМО, мы с мамой отправили запрос в г. Санкт-Петербург в Военно-Медицинский музей Министерства Обороны в надежде получить какую-нибудь информацию о характере ранений прадеда. Так же было отправлено письмо в Казахстан в Шемонаихинский военкомат с просьбой прислать выписку из карточки призывника, выписку из Книги Памяти, а также любую другую имеющуюся у них информацию о Степанове С. Ф.

Первым пришел ответ из С.-Петербурга из Военно-Медицинского музея, в котором сообщалось, что никакой информации о Степанове С. Ф. у них нет.

Из Шемонаихинского военкомата прислали копию извещения о гибели прадеда Степана и копию страницы из Книги Памяти. Сразу скажу про Книгу Памяти. В ней информация о моем прадедушке разделена на две части и получилось, как бы два человека:

«СТЕПАНОВ Степан Фатеевич, род: 1906 г. Ряд. Погиб в бою в апреле 1945 г. Похоронен: Латвия, г. Митови.

СТЕПАНОВ Степан Фатеевич, род: ВКО, г. Шемонаиха. Умер от ран в апреле 1945 г.»

В этих записях имеется одно противоречие: в первом случае указано: «погиб в бою», а в другом: «умер от ран», но вся остальная информация дополняет друг друга, так как мой прадед действительно родился в 1906 году в г. Шемонаха Восточно-Казахстанской области, был рядовым, умер от ран в апреле 1945 года и похоронен в Латвии, в г. Митава (в Книге Памяти ошибочно написано Митови).

Из ЦАМО я получил ответ на свой запрос, а также фотографии некоторых документов. Из «Книги приказов» я узнал, что последнее место службы С. Ф. Степанова – это 219 гвардейский стрелковый Полоцкий, Краснознаменный, ордена Кутузова III степени? полк 71-й гвардейской стрелковой Витебской ордена Ленина, Краснознаменной дивизии. Он был зачислен в списки личного состава 08.02.1945 г. Приказом № 022 от 09.02.1945 г. с присвоением звания «Гвардия». Однако уже Приказом № 033 от 22.02.1945 г., то есть всего через 13 дней, С. Ф. Степанов был исключен из списков личного состава 219 гв. СП как убывший по ранению. Просматривая списки убывших в поисках фамилии прадеда, я обратил внимание, что с 17 по 20 февраля ранено было 7 человек, а 20 и 21 февраля – 201 человек. Следовательно, 20 и 21 февраля 219 гв. СП участвовал в большом сражении. И я решил попытаться узнать где и в ходе какой операции был ранен прадед. Исходной точкой опять послужило письмо из Латвии, в котором было написано, что 71-я гв. СД вела бои в районе г. Приекуле на западе Латвии. Мне удалось выяснить, что 20–28 февраля 1945 года проходила четвертая битва за Курляндию, так называемая Приекульская операция. 20 февраля началось наступление главной группировки 2-го Прибалтийского фронта, состоящей из 6 гв. армии (в которую входила 71-я гв. СД) и части сил 51-й армии. Следовательно, прадеда ранили 20 февраля во время наступательной операции 2-го Прибалтийского фронта в районе г. Приекуле.

Теперь хочу опять вернуться к «Книге Приказов 219 гв. СП». Кроме всего вышеуказанного, из нее я также узнал, что Степанов С.Ф. был пулеметчиком 2-й пулеметной роты. А дед мне раньше говорил, что его отец был минометчиком.

Следующим документом, страницы из которого я получил в ЦАМО, была «Книга учета рядового и сержантского состава». Поскольку у меня были только 2 страницы, на которых были записи о С. Ф. Степанове, над расшифровкой некоторых из них мне пришлось поломать голову. Итак, в первой графе написаны ФИО, ниже какие-то цифры, значение которых для меня так и осталось непонятным, кроме даты 1944 г.

Следующие 3 графы никакой новой информации мне не дали. А вот из 5-й графы я узнал, что прадед был кандидатом в члены ВКП(б) с 1943 г.. Во всех документах, виденных мной раньше, было написано: «б/п», что значит беспартийный. Далее указывались образование, место работы и должность, причем везде в названии Шемонаихинский была допущена ошибка – Шемонаевский. В следующую графу, как я понял, были занесены награды и ранения. Наград, по-видимому, у прадеда не было. Дата: «20.02.45 г.», – была мне понятна. Это дата ранения, от которого прадед через полтора месяца умер. А вот запись «11.11.44.Л» оказалась для меня загадкой. Я решил, что это тоже ранение, а буква «Л» означает легкое ранение. Однако позже, после беседы с А. С. Степановой (дочерью прадеда) у меня появилась еще одна версия по поводу того, что еще может означать эта буква «Л». Анна Степановна рассказала, что ее отец предположительно осенью 1944 года болел воспалением легких и лежал в госпитале.

Следовательно, «Л» может указывать на то, что он находился на лечении. В 9-й графе указывалось, что прадед прибыл в 219 гв. СП из 176 АЗСП. Для того чтобы расшифровать эту аббревиатуру, пришлось опять заглянуть в интернет. Оказалось, что АЗСП – это армейский запасной стрелковый полк. Ниже в этой же графе написано: «273 СП 270 СД». Скорее всего, прадед Степан был переведен в 176 АЗСП из 273 СП 270 СД. Я попытался узнать что-нибудь о 273 СП 270 СД и выяснил следующее: в составе 270 СД не было 273 СП, но был 973 СП. И вероятнее всего, когда записывалась информация в «Книгу учета рядового и сержантского состава», писарем была допущена ошибка.

В следующей графе были записаны жена и дети. Второй из детей – сын Владимир, 1930 г. р., – отец моей мамы, то есть мой дедушка. Из записи в последней графе я узнал, что прадед был эвакуирован в 581 ОМСБ (отдельный медико-санитарный батальон). А в госпиталь он попал только 11.03.1945 г., то есть примерно через 18 дней. И мне даже страшно представить какие муки испытывали наши раненые солдаты, которых по разбитым дорогам на тряских полуторках без всяких обезболивающих средств перевозили в госпиталь.

И последний документ – это карточка из журнала «Именные списки потерь л/с [личного состава] управления и частей дивизии. Схемы расположения братских могил». При внимательном прочтении этой карточки, я увидел, что заполнена она с неточностями. Во-первых, в наименовании части было написано: «71 с. див.», слово «гвардейская» пропущено. Во-вторых, в графе «партийность» указано – беспартийный. Шемонаихинский район был переименован в Шамановский, так же, как и военкомат. В графе время и причина выбытия вообще 2 записи:

1) умер от ран 4.4.1945 года;

2) убит 11.11.44.

В 13 пункте «Адрес родственников» указано: «Мать Степанова Прасковья Федосеевна». На самом деле это жена прадедушки, а не мать, и отчество у нее Федосовна, а не Федосеевна. Конечно, мы все понимаем, в каких условиях заполнялись все эти документы, и никого не хочется осуждать. Но если бы в моих руках оказалась только эта карточка, без всех предыдущих документов, очень сложно было бы что-то выяснить о жизни и смерти моего прадеда.

Кроме запросов в архивы, которые мы отправляли вместе с мамой, я попросил помощи в поиске какой-либо информации о своем прадедушке на сайте «Победа». Мне подсказали три ссылки. Одна из них была нам уже известна, это самая первая информация, которую нашел мой дядя на сайте ОБД «Мемориал». А вот две другие были очень ценными. Во-первых, это были страницы из донесения о безвозвратных потерях сержантского и рядового состава 973 СП 270 СД, где под номером 9 был записан Степанов Степан Фотеевич (во всех предыдущих документах Фатеевич), красноармеец, стрелок, К/ВКП(б), 1906 г. р. А вот место рождения и призыва – Шамановский район Западно-Казахстанской области. Жена – Степанова Прасковья Федосеевна. Но самое интересное, было написано, что прадед убит 11.11.44 и даже указано место его захоронения! Прочитать полностью место захоронения я не смог, так как запись сделана очень мелко и неразборчиво. Но я понял, что это «Латвийская ССР», а слово «Приэкули», по-видимому, указывало на район Приекуле.

Я был в недоумении, что же случилось 11 ноября 1944 года? Решил проверить был ли в Западно-Казахстанской области Шамановский район? Оказалось, что такого района там не было и нет. И, посоветовавшись с мамой, я пришел к выводу, что, скорее всего, это ошибка. Возможно, прадед оказался в медсанбате, а его отсутствие приняли за гибель. Может быть, была какая-то другая история, но маловероятно, чтобы существовало два бойца с настолько одинаковыми данными. И тогда получается, что под именем моего прадеда похоронен другой человек! Мне захотелось найти это место захоронения. На сайте Русского Общества в Латвии есть перечень всех воинских братских кладбищ и могил на территории Латвии. Я подумал, что стоит посмотреть кладбища в районе Приекуле. Удалось найти два: воинское братское кладбище в городе Приекуле (край Приекулес) и братское кладбище в поселке Приекули (край Приекулю). Просмотрев списки похороненных на этих кладбищах солдат, я обнаружил, что на мемориальных плитах братского кладбища в г. Приекуле два раза встречается надпись: «С. Ф. Степанов». Только в одном случае дата гибели – 1944 г., в другом – 1945 г., даты рождения неизвестны. Возможно, это два разных человека с одинаковой фамилией и инициалами, но возможно, что обе эти записи отмечают факт гибели и захоронения одного человека, моего прадеда, который на самом деле похоронен в другом месте.

Вторая ссылка – это алфавитная книга умерших эвакогоспиталя 1027. Здесь я нашел описание ранений и причину смерти прадеда. Скорее всего, его ранило при взрыве, и пострадала вся правая сторона тела. Умер прадед от сепсиса, то есть заражения крови. Так закончился второй, самый информативный этап поисков.

 

Неизвестные страницы фронтовой жизни

Сбор информации и работа с архивами – дело кропотливое и трудоемкое, требующее большого терпения, внимания и аналитических способностей. Но вместе с тем необычайно интересное. Я впервые в жизни увидел фотографии оригинальных документов времен Великой Отечественной войны. На меня это произвело очень сильное впечатление! Я раньше всегда воспринимал войну как некое эпохальное событие и не задумывался о каждодневной жизни солдат на фронте. Увидев страницы из «Книги приказов», «Журнала боевых действий», «Алфавитной книги умерших» и других документов, я осознал, что на фронте люди не только воевали и погибали, но и ЖИЛИ. В этом безумном хаосе войны было хорошо поставленное делопроизводство, учитывалось и записывалось всё!

В связи с этим мне бы хотелось немного рассказать о двух документах, которые меня поразили.

Во-первых, это «Книга приказов 219 гв. СП». Выше я уже приводил информацию, касающуюся моего прадеда, полученную из этого документа. Но хочется еще раз вернуться к нему. Приказ № 033 состоял из нескольких параграфов, и я не мог не прочитать его до конца. Из 2-го параграфа я узнал, что оказывается, бойцы собирали стреляные гильзы, и им за это выплачивали денежное вознаграждение. Там есть фамилия, похожая на Степанов или Степаков, но нет инициалов, поэтому сложно сказать, моему ли прадеду выплатили 150 рублей за сбор и доставку стреляных гильз или кому-то другому. В 3-м параграфе списывались раненые и убитые лошади (с описанием мастей и кличек). В 4-м пятерых красноармейцев переводили в разведроту. В 5-м параграфе объявляются выговор и арест на трое суток ст. лейтенантам и ст. сержантам 1-й и 2-й стрелковых рот за грязное и ржавое оружие у их бойцов. Таким образом, приказ отображал все стороны жизни – как боевые, так и бытовые.

Во-вторых, это «Журнал боевых действий 219 СП». В моем распоряжении оказалось три страницы с записями, титульный лист и фотография обложки. Из этих записей я понял, что 12 февраля полк занялся боевой подготовкой согласно расписания занятий и распорядка дня. Ночью оборудовали исходные позиции для наступления. Взводом разведки ежедневно в районе исходного положения велось наблюдение за действиями противника. Командиром полка с командирами рот и командирами артиллерийских подразделений в течение дня проводилась рекогносцировка местности в полосе наступления полка. Следующая запись сделана уже 20 февраля, то есть в день наступления. В 5 часов утра полк четырьмя ротами занял исходное положение. Во время занятия исходного положения потерь не было. После артподготовки подразделения полка поднялись в атаку и без сопротивления достигли шоссейной дороги, идущей из Приекуле в Бэлтэне. В 11.00 противник контратаковал силою до роты пехоты. Контратака была отбита. В 12.00 противник предпринял еще одну контратаку силою до роты пехоты при поддержке пяти самоходок. Контратака была отбита. За время проведения операции до 17.00 было взято в плен 30 немцев, подавлено 3 батареи противника, разбито 4 пулемета, уничтожено до 100 немецких солдат и офицеров. Наши потери: ранено 95 человек, убито 7 человек. Но сравнивая эти данные о потерях с приказом № 033, я обнаружил, что в приказе выбывших по ранению за этот день – 147 человек. Скорее всего, в журнале указывались предварительные сведения, известные на данный момент. В этот день и был ранен мой прадед. В какой момент? Этого никто не знает. Да сейчас это уже и не очень важно. Важно другое, что за этими короткими предложениями скрываются судьбы людей, жизнь и смерть, поражения и победы… И мы не в праве об этом забывать.

И еще я хотел обратить особое внимание на титульный лист «Журнала боевых действий 219 гв. СП». Он был нарисован разноцветной тушью с красивым фоном и гвардейским знаком, и все это было сделано не за столом в кабинете, а в военно-полевых условиях. Увидев такой титульный лист, я понял, что вопреки всем ужасам войны, фронтовики были твердо уверены в том, что эти документы не исчезнут бесследно! Прошло много лет, и мы, их потомки, посмотрев эти страницы, оформленные с любовью и старанием, чувствуем, как нам стали ближе и роднее наши прадеды, которых мы никогда не видели, но которые сделали все для того, чтобы мы БЫЛИ.

***

Итак, я проделал большую работу для достижения своей цели. Она помогла мне по-новому взглянуть на фронтовую жизнь солдат, лучше ее понять, пропустив через свое сердце. Но самое главное, я словно заново познакомился с простым русским солдатом своим прадедом Степановым Степаном. И мне не хочется прерывать это знакомство. Поэтому я решил не останавливаться на достигнутом, а попытаться узнать, как начинался его воинский путь. Куда он попал с призывного пункта в г. Шемонаиха? Числился ли он где-то кроме 973 СП и 176 АЗСП? Когда и при каких условиях прадеда переводили из одного полка в другой? Где вели бои и дислоцировались воинские подразделения? И что всё-таки произошло 11 ноября 1944 года? Возможно, я найду ответы не на все вопросы, но в любом случае мне уже есть, что рассказать о своем прадедушке.

16 мая 2016
Мой прадед – солдат Великой Отечественной

Похожие материалы

24 мая 2016
24 мая 2016
О том, что началась война, узнали от председателя сельсовета. Он объезжал рабочие бригады на полях и сообщал страшную весть. Женщины плакали. Бросив работу, народ собрался у сельсовета, чтобы послушать у репродуктора сообщения из Москвы. Но никто не думал, что война продлится так долго, а тем более, что немецкие сапоги вскоре будут топтать землю родной деревни.
27 января 2015
27 января 2015
Время, описанное моими очевидцами – 60-е годы ХХ века. Я изучала историю Кубы, историю советско-кубинских отношений, слушала участников событий, пыталась осмыслить рассказанные ими истории, сравнить с тем, что я читала в учебнике истории и в интернете.
16 мая 2016
16 мая 2016
Не так много известно о российских чехах, рассеянных по всей территории страны. В некторых их поселениях в Сибири до сих пор звучит чешкая речь и жива память о непростой судьбе их народа в ХХ веке. Эта работа рассказывает биографию одного из таких сибирских чехов.
18 ноября 2015
18 ноября 2015
Победительницы нашего последнего конкурса Дария и Лена съездили в Европу на летнюю школу Eustory и по нашей просьбе написали о впечатлениях. О занятиях, новых друзьях и о том, почему английский не проблема - в нескольких цитатах из уст самих участниц.