Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
19 января 2015

15 января 1990 года демонстранты захватили здание Штази

После того как правительство ГДР приняло решение о роспуске Штази, демонстранты заняли штаб-квартиру органов безопасности в районе Лихтенберг. Источник: www.tagesspiegel.de

Оригинал: Loy Th. Wie Berliner vor 25 Jahren die Stasi-Zentrale stürmten // Der Tagesspiegel. 14.01.2015

Перевод Никита Ломакин

15 января 1990 года демонстранты захватили здание Штази-Централе на Норманненштрассе в Лихтенберге (Берлин). «Всё прошло на удивление быстро», – вспоминают очевидцы событий. А один старый генерал ругается на «пропаганду гражданских».

От штурма 15 января сохранилась грампластинка с коммунистическими боевыми песнями. И приятное ощущение соучастия в «последнем большом событии» – революции в ГДР. Филипп Ленгсфельд – сын известной правозащитницы Веры Ленгсфельд и депутата Бундестага от ХДС присутствовал при «штурме Штази» на Норманненштрассе 15 января 1990. Громкое «штурм», впрочем, не вполне уместно: это было полуорганизованным захватом с  толикой уличной анархии.

«Всё прошло на удивление быстро», – отмечает Ленгсфельд, бывший тогда только школьником.

Министерство госбезопасности (MfS) и его крупные отделы по внутренней и внешней пропаганде находилось в труднодоступном квартале близ станции метро Магдаленненштрассе. После падения стены 9 ноября и отставки правительства ГДР пошатнулся и фундамент Штази. Многие офисы ведомства в Восточной Германии были захвачены ещё в декабре, с тем чтобы предупредить возможное уничтожение архивов. Продержавшийся дольше других Берлинский центральный офис (переименованный в Комитет национальной безопасности) мог рассчитывать на восстановление в качестве органа по защите правопорядка и информационного агентства обновлённого ГДР, однако из-за неутихающих протестов населения против существования тайной полиции в любом виде правительство ГДР под руководством премьер-министра от СЕПГ Ганса Модрова распустило министерство, 13 января было принято официальное решение о его ликвидации.

Спустя два дня утром к зданию прибыли представители гражданских комитетов округов ГДР, чтобы обсудить условия мирной передачи здания с последним главой Штази Хайнцем Энгельхардтом. На вечер того же дня была назначена демонстрация сторонников «Нового форума». Когда собравшиеся люди – должно быть, их было около ста тысяч – заглянули в ворота, они увидели внутри огромное количество людей, вовсе не похожих на сотрудников Штази.

Наличие людей с той стороны ворот придало собравшимся решимости. Демонстранты проникали в тёмные, заброшенные помещения здания и в тот флигель (д. 18), где ещё продолжали работать отдельные организации по обеспечению сотрудников Штази – парикмахерские и магазины. Там же находилась столовая, книжный и бюро путешествий.

Этот дом был захвачен быстро, однако ни актов, ни секретных документов в нём не нашлось. Некоторые демонстранты принялись за грабёж, разбив окна и начав выкидывать через них мебель. Не вмешивавшаяся в происходящее народная полиция спустя два дня оценила ущерб в миллион восточногерманских марок. Для себя Филипп Ленгсфельд взял виниловый трофей и по просьбе самопровозглашённого «стража порядка» из гражданского комитета покинул помещение. Чувства, которые он испытывал, были смешанными: «как будто бы меня одурачили» – и СЕПГ, и Штази, и Модров и Гизи, которые предупреждали о возможности эскалации конфликта. Почему бытовой флигель был открыт и освещён? Почему в день демонстрации на территории министерства находились члены гражданских комитетов?

В архивах Штази не сохранилось никаких свидетельств о возможности провокации со стороны государства, утверждает Кристиан Хальброк, ворвавшийся 15 января вместе с демонстрантами во вспомогательные помещения Штази-Централе и уже тогда задавшийся вопросом о провокации. Впрочем, последних руководителей Штази он не расспрашивал.

Глава Штази Хайнц Энгельхардт в интервью «Spiegel-TV» 2005 года утверждал, что ни о какой преднамеренной провокации не может быть и речи. «На тот момент Штази было уже недееспособно». 15 января большинство работников отпустили домой раньше, чтобы защитить их от толпы. «Новый форум» призвал сторонников взять с собой камни и цемент с тем, чтобы замуровать сотрудников ведомства. «Никто не знал, что произойдёт. У нас перед глазами было венгерское восстание, во время которого сотрудников спецслужб избивали и вешали», – рассказывает Хайнц Энгельхардт. Генералы Штази чувствовали себя преданными правительством СЕПГ; наподобие шахматной фигуры их пожертвовали оппозиции ради сохранения надежды на выживание партии. Сегодня Энгельхардт отказывается высказываться о событиях 25-летней давности. «Пропаганда гражданских создаёт искажённую, одностороннюю и по большей части ложную картину деятельности Министерства Госбезопасности», – объяснил он по электронной почте сотрудникам «Tagesspiegel».

Хальброк, с 1980-х член «Экологической Библиотеки» Сионистской церкви, стремился разоблачить лжецов в правительстве ГДР и провести настоящие реформы. Участие в штурме он рассматривал как возможность заполучить необходимые доказательства. Однако среди его находок не было и следа продвинутой техники прослушивания и подобных механизмов. Вместо этого – лишь дешёвые материалы для украшения кабинета и пара книг. С его точки зрения, в январе 1990 Штази уже не был функционирующей организацией.

Тот факт, что здание Штази-Централе было захвачено поздней всех других зданий Штази в округах ГДР, Хальброк объясняет прежде всего фактом открытия границ. Западный Берлин оттянул на себя внимание и энергию берлинцев, охладевших к политике. Открытие границ сегодня Хальброк описывает как фиаско оппозиции в ГДР. Тогда его главной мыслью было: «Они растрачиваются на ерунду». Перед тем как окончательно исчезнуть, ГДР должна была подчинить себя самоочищению.

Арно Полчин, оппозиционно настроенный слесарь, 25 лет назад пришёл на демонстрацию уже слишком поздно. К тому моменту революционный пыл уже был исчерпан. Его личная борьба со Штази началась спустя несколько недель, когда он наблюдал за ликвидацией Штази официально, в рамках новообразованного гражданского комитета Берлина . В комитете участвовало почти сто человек, но этого едва хватало, чтобы эффективно осуществлять контроль. Они смогли опечатать машины по уничтожению документов, но то, что работники Штази использовали и специальные магниты для уничтожения данных на магнитофонных плёнках, выяснилось значительно позже и случайным образом . На почтовой службе контролёры часто натыкались на мешки, полные разрезанных документов.

19 января 2015
15 января 1990 года демонстранты захватили здание Штази

Похожие материалы

12 июня 2016
12 июня 2016
Владимир Мельников оказался в тюрьме Богучар как участник студенческой антисталинской организации «Союз борьбы за дело революции» со сроком в 25 лет. Троих его подельников расстреляли. «УИ» с небольшими сокращениями публикуют мемуары Мельникова об этом периоде его жизни.
5 декабря 2013
5 декабря 2013
23 октября 2016
23 октября 2016
О страхах и чаяниях венгерской интеллигенции времён восстания - в специальной подборке венгерской революционной публицистики, которую специально для УИ составил историк Александр Стыкалин к годовщине событий.
24 мая 2016
24 мая 2016
Жизнь настала мрачная. Как мне рассказывали старушки, с утра до позднего вечера работали в колхозе. Всё делали вручную: вязали снопы, убирали, молотили. Также выращивали сахарную свёклу и сдавали на свеклопункт. При такой тяжёлой работе зарплаты не платили, работали за «палочки» – трудодни. Главное было заплатить налог, который был огромен: 300 л молока, 40 кг мяса, яйца, масло, шерсть. Налог был за каждое плодовое дерево. Даже овец доили и молоко сдавали на брынзу.

Последние материалы