Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
26 июня 2012

Материальные свидетельства на уроке истории, или Как заставить камни заговорить

Экспозиция музея обычных вещей в Таборе. Источник: shaf.livejournal.com

Материальные исторические свидетельства всегда возбуждают сильный интерес, правда при условии, что они были открыты самостоятельно, а не встречены в музейном собрании. На уроках подобные вещественные свидетельства могут оказаться тем средством, которое побудит школьников взяться за серьёзную работу, а потому они могут стать отправной точкой большого исторического исследовательского проекта. Как можно сделать материальные свидетельства темой урока истории, покажет эта статья. В ней рассматривается опыт работы с объектами из семейного архива, а также работы, связанной с выездом на историческое место.

Автор – Герхард Шнайдер, доктор наук, профессор Педагогического института во Фрайбурге, с 1977 г. связан с разнообразными школьными проектами. Сфера интересов – дидактика истории, педагогика в музее, региональная история.

Оглавление: Материальные свидетельства – забытый материал для занятий • Почему именно материальные свидетельства? • Как найти материальные источники и как с ними работать на занятии? • Пример 1: Исторические свидетельства Первой мировой войныПример 2: Ганноверское кладбище Штёкенер.

Материальные свидетельства забытый материал для занятий

Нет никакого сомнения: вещественные источники, объекты материальной культуры не играют на уроках истории никакой существенной роли. Сейчас, как и раньше, основным материалом является школьный учебник. Всё в нём, включая заголовки в учебных планах, структурирует урок истории и влияет на каждую деталь планирования. Письменные источники и устные рассказы принадлежат к самому распространённому репертуару учителей истории, в отличие от вещественных источников из прошлого, которые чаще всего школьник встретит в музеях или на картинках в учебнике. И там, и там объяснений часто не хватает для того, чтобы можно было ясно понять принцип действия, пользу и ценность конкретного предмета. Приведём только один пример: превращение льна в холст, детально задокументированное во многих музеях Германии, начиная с растения и заканчивая готовым материалом, остаётся для большинства наблюдателей почти непостижимым процессом, потому что никто (больше) не может объяснить, как именно применялись в производстве те или иные инструменты и приборы. Что такое чесалка, а что такое льномялка, для чего их применяли, когда они начали использоваться, легло ли или тяжело с ними обращаться – этого сегодня почти никто не скажет. Материальные свидетельства, которые нарисованы в учебниках истории, воспринимаются чаще всего как предметы искусства. Иногда они и становятся таковыми со временем, иногда предметами искусства их делает то, каким образом они представлены в музеях. При этом прежнее применение вещи, её изначальная общественная ценность и престиж, которым она наделяла своего создателя, остаются скрытыми от нас. Тот, кто захочет работать с материальными свидетельствами как со средством изучения истории, сможет сделать это, только если отправится с классом в музей или на выставку.

 Если понимать «материальные свидетельства» более широко, не как изолированный исторический предмет, а как ансамбль, историческое место, которое сохранилось как реликт прошлого, то вовлечение такого материального свидетельства в урок истории становится ещё сложнее. «Подлинная встреча» (термин Генриха Рота) или «непосредственное конкретное знакомство» (Ханс Эбелинг), то есть, например, посещение средневековой крепости, сохранившейся фабрики времён ранней индустриализации или места римских раскопок могут состояться только тогда, когда учитель готов предварительно всё это организовать.

Почему именно материальные свидетельства?

Когда в методических трудах по истории речь идёт о материальных свидетельствах, имеются в виду обычно объекты в (исторических) музеях. Здесь, напротив, речь пойдёт о материальных свидетельствах, которые находят или приносят из своего близкого окружения школьники. У такого знакомства есть много преимуществ перед рассматриванием музейных коллекций, но также и много недостатков. Недостатки лежат на поверхности: в то время как музей демонстрирует оригинальные, подлинные предметы, объекты, которые приносят школьники, часто имеют не доконца прояснённое происхождение, их подлинность может быть сомнительной, а состояние часто оставляет желать лучшего. Объекты в музеях обычно дотошно описаны, так что их датировка и происхождение могут считаться достоверными, их назначение или механизм, а также то, как ими работали, можно понять из этих подписей; в то время как принесённые школьниками или «открытые» во время полевой экспедиции объекты часто невозможно сходу назвать или классифицировать, они требуют подробной и часто отнимающей много времени интерпретации. Зачастую в музеях отдельные вещи окружены ансамблем других объектов, так что их постижение в контексте обстоятельств времени облегчается, а при работе с найденными объектами школьникам приходится разбираться с контекстом самим / с помощью учителя.

В противоположность всему сказанному, подлинная встреча с материальным историческим свидетельством имеет множество преимуществ и возможностей, которых недостаёт музейным предметам. Мне кажется, и это впечатление только усилилось в последние годы, что школьники с огромным интересом воспринимают любую встречу с прошлым, которая проходит не в традиционной форме, то есть это обычно значит – не в форме текстов (учебник, источники). Является ли это эффектом просто временным, который исчезнет в следующее мгновение, или долгосрочным, который станет основой для практики внеклассных уроков истории, ориентированных на работу с материальными источниками, сказать, при недостатке соответствующих сведений, пока нельзя.

Найденный самостоятельно объект можно, и без каких-либо временных ограничений, рассматривать, трогать, измерять, взвешивать, рисовать, фотографировать, можно даже пустить в дело, то есть, узнать и наблюдать, как он работает.. К тому же, все оригинальные предметы, даже объекты массовой культуры, обладают особым воздействием, аурой, которая особенно восхищает (прежде всего младших) школьников и вызывает у них такой священный трепет, который не в состоянии вызвать даже такие «сильные» описания вроде: «амулет, на котором можно различить удар пули, спасший жизнь того, кто его когда-то носил»; «меч, который служил палачу для того, чтобы казнить приговорённых к смерти преступников»; «письмо, написанное прямо перед битвой, в которой автор письма погиб», и так далее. Материальные свидетельства прошлого обладают «чувственно-эстетической значимостью, которая основана на их аутентичности»Готтфрид Корф, «Самобытность музейных вещей», из «Справочника музейно-педагогического образования», Кирстен Фауст, Опладен, 1995, стр. 19.. С ними связаны – прежде всего это верно для объектов семейной традиции, — воспоминания и эмоции («последнее письмо, которое написал мой дедушка, прежде чем он погиб в битве при Х»; «это единственный предмет, который сохранился у нас ещё от бабушки»).

То, что в связи с историческими материальными свидетельствами речь часто идёт о таких вещах, которые как-то связаны со смертью или с угрозой жизни, может вносить свой вклад в описанное влияние. Зачарованность школьников при встрече с историческими предметами не всегда берёт начало от объекта как такового, а скорее объясняется необыкновенными обстоятельствами, в которых к вещи пришло её судьбоносное значение. Разве текст или источник способен вызвать подобный шквал чувств?

Сверх того, самостоятельно найденный предмет или самостоятельно разведанное историческое место будет постигнуто лучше, чем любое музейное свидетельство: их можно при желании взять в руки или посетить ещё раз. Длительность работы с материальными свидетельствами не зависит от времени работы музея. В придачу, вещи из семейного архива обладают особым эмоциональным качеством, которого нет у музейных экспонатов. Непосредственная встреча, неупорядоченное разнообразие совершенно различных объектов вызывает восхищение, которое часто заслоняется систематичностью и порядком музейной экспозиции, не говоря уже о целенаправленном учебном процессе в классе. Обладание таким объектом зачастую вызывает страсть к поиску и коллекционированию, которая способствует мотивации и очень благотворно сказывается на стойкости школьников при работе с темой. Своеобразие занятия, на котором школьник совершает шаг в исследовательской работе и, видимо, достаточно далеко отходит от традиционного урока истории с его заданными источниками, может оказывать такое же воздействие. Кроме того, неожиданность принесённых школьниками предметов не определяет результат обучения заранее, как это бывает с пересказом глав из учебника или с заданием разбить материал на заданные группы. Открытая учебная ситуация даёт школьникам большую компетенцию – ведь они сами определяют стратегию изучения.

В этом месте мне кажется необходимым обратить особое внимание на две вещи:

  1. Как и для любого исторического источника, для всего многообразия материальных свидетельств верно, что они не реконструируют реальность прошлого, они являются только точкой зрения на эту реальность или её интерпретацией.
  2. Мы только уменьшим значение и силу воздействия материального свидетельства, если будем относиться к нему как просто к ещё одному виду исторических источников, (например, подвид «найденные источники»). Вещественные источники раскрывают свою особенную значимость, выразительность и очарование только в том случае, если специально подчёркивается и выделяется их объектность и конкретность, их форма проявления в качестве предмета.

Как найти материальные источники и как с ними работать на занятии?

Разумеется, только в исключительно редких случаях занятие можно полностью построить на материале найденных исторических объектов. Чаще всего материальные свидетельства или (архитектурные) реликты и монументы будут получать большое, возможно даже центральное значение в рамках общих учебных проектов. Так что все нижеследующие рассуждения стоит воспринимать в первую очередь в качестве предложений: как можно использовать материал, часто остающийся незаслуженно забытым, в контексте других материалов и средств.

Отправная точка, или повод

Помимо общих методических соображений, стимулом к большему использованию материальных свидетельств на уроках может послужить специальное событие или условия:

  • при прокладке водопровода, во время рытья котлована для фундамента нового здания, при глубоком вспахивании поля, во время систематических раскопок, при реставрации церкви были сделаны находки, которые можно детально рассмотреть на уроке истории;
  • годовщина исторического события даёт повод спросить у школьников, какое отражение в форме материальных исторических свидетельств это событие оставило в их родном городе;
  • определённые предписанные планом учебные темы – как, например «Доиндустриальный мир» — невозможно осмысленно рассматривать без привлечения материальных исторических свидетельств;
  • снос дома или памятника, присвоение школе, казарме или университету исторического названия, исчезновение старого кинотеатра и подобные события могут вызвать интерес школьников, которые возьмутся за исследование истории этих объектов.

Предварительное исследование

Само собой разумеется, что учебное задание принести предметы, связанные с определённой темой (См. Пример 1), или посещение какого-либо места (См. Пример 2) имеют смысл только тогда, когда есть вероятность, что подобные объекты могут быть найдены в достаточном количестве, или что выезд на место наверняка предоставит возможность продуктивной деятельности. Если это остаётся под сомнением, следует отказаться от подобных намерений. Положительный исход должен быть как минимум вероятным. Это значит, что учитель, выяснив заранее, что возможно сделать или найти, а что нет, в дальнейшем исключит возможность краха всего предприятия. Другая предварительная задача учителя – проследить за тем, что будут соблюдаться все организационные требования для проведения подобной работы: достаточно ли в наличии времени? Исключены ли все факторы, которые могут помешать (например, экзамены, классные поездки, препятствия к тому, чтобы попасть на место раскопок)? Везде, где школьники не способны справиться сами, учителя должны наладить необходимые контакты с ведомствами и должностными лицами.

Собираем предметы или готовимся к выездному занятию

Если вы решили привлечь материальные свидетельства для занятия, нужно попросить школьников принести всевозможные объекты, которые имеют какое-то отношение к теме урока (Пример 1). Или же (Пример 2) следует выполнить все условия для того, чтобы поездка стала для школьников как можно более продуктивной. Это может значить, что перед поездкой нужно задать соответствующее чтение, достать нужные инструменты и аппаратуру, которые будут использоваться на месте, провести необходимый инструктаж и т. д.

Занимаемся материальными свидетельствами или разыскиваем их на месте

Принесённые школьниками объекты следует тщательно осмотреть. Иногда разумно сгруппировать их по определённым критериям (тип исторического источника, его происхождение, «цена», является ли он предметом высокой культуры или бытовым и т. д.). Предметы, функция или содержание которых непонятны, необходимо подробно исследовать и разъяснить. Дополнительную информаци нужно уточнить в каком-то другом месте или спросить экспертов. Мы советуем реконструировать историю объектов, например, историю их получения, рассказать об их ценности для владельца, о том, как их хранят в семье.

При работе в поле (Пример 2) сделанные находки нужно будет в какой-то момент задокументировать в подходящей форме (включить в картотеку, зарисовать, сфотографировать, снять на видео), измерить или зафиксировать любым другим способом. Все возникающие вопросы нужно придержать до начала дальнейшей работы.

Обработка данных и подведение итогов

В этой фазе, которую не всегда можно легко отделить от предыдущей, всё зависит от того, как эвристическое значение объектов связать с темой занятия. Если школьники принесли письма, открытки, фотографии, газеты и подобное, со всем этим сначала следует поступить так же, как с письменными и наглядными источниками в учебнике. Поскольку иногда эти документы хранятся в семьях десятилетиями, рекомендуется спросить, почему их хранят, об их эмоциональном значении для семейной памяти. Близость этих объектов к тем людям, которые их хранили – например, они имеют отношение к региону, из которого происходит семья – даёт возможность обратить внимание на специфические для данного социального слоя или региона особенности и условия, народные обычаи. Это редкая возможность взглянуть на то, на что источники, представленные учебником истории, позволяют взглянуть только в редчайших случаях. Проработать это, а также провести параллели или противопоставления с общей историей – центральная задача данной фазы работы. Имея дело с такими материальными объектами, как архитектурные реликты, монументы, найденные объекты, инструменты и прочее, необходимо выяснить материал, из которого они сделаны, состояние, в котором они находятся, функции и значение объекта в то время, когда он был создан, и на сегодняшний день.

В большинстве случаев необходимо уточнить и углубить первоначальные знания об объекте с помощью дополнительных исследований в библиотеках, архивах, музеях и, возможно, в местных органах власти. Поскольку не каждый предмет из прошлого школьники могут понять без специальных знаний, вполне нормально, если при интерпретации отдельных объектов придётся обратиться к компетенции экспертов (историков искусства, археологов, почвоведов, краеведов, фольклористов, специалистов по географии поселений, тех, кто ухаживает за памятниками, священников, сотрудников музеев и министерств и т. д.)

Закрепление результатов и их презентация

Разумеется, закрепление результатов можно провести в традиционном виде – записать итоги в тетради, провести опрос – но не самое осмысленное и подходящее завершение работы, которая была основана на изучении материальных свидетельств. Конечно, в таком случае включение исторических материальных свидетельств в уроки истории в рамках проекта в общем произойдёт; однако проекты, – и проекты успешно завершеные – принесут результаты, которые будут отличаться от обычных итогов обучения в классе. Именно поэтому мы настоятельно рекомендуем обратиться к иным способам закрепления материала.

Например, школьники принесли достаточно много интересных и содержательных материальных свидетельств – и тогда естественно показать эти объекты в школе (или, возможно, в другом подходящем месте в вашем городе) другим школьникам или широкой общественности в форме выставки (Пример 1).

В качестве дополнения или альтернативы выставке может быть выпущена брошюра, в которой найденные объекты будут представлены в виде изображений, а соответствующий анализ – в форме текста и очерков. В зависимости от материала, может получиться и коллаж из текста и изображений. Эта форма закрепления материала имеет то преимущество перед выставкой, что результат работы школьников будет в течение долгого времени в распоряжении всех участников (а также и всех заинтересованных лиц).

Итоги осмотра кладбища (Пример 2) могут быть выражены в форме «путеводителя» по отдельным надгробиям. Это стало бы не только долговременным закреплением того, что школьники узнали на занятиях, но также и полезным экскурсом для тех, кто хочет заново познакомиться с уже известным кладбищем – и оно может стать чем-то большим, чем место, где расположены могилы родственников, или личное место памяти. Для этой цели важные могилы можно отметить на плане и соответствующим образом прокомментировать в пояснении. А информацию об истории жизни погребенного там человека или об отмечаемых на кладбище годовщинах, можно добавить дополнительно. Во введении к этому путеводителю должна быть рассказана история образования кладбища. Экскурсия, проведённая самими школьниками – также прекрасная форма презентации результатов, особенно там, где речь идёт об оставленных людьми, более не используемых и почти неизвестных кладбищах (например, существуют кладбища, ныне преобразованые в публичные парки, или еврейские кладбища в Восточной Европе – раньше они служили кладбищами еврейской общине, но сейчас, после событий Второй мировой, из-за того, что они чаще всего лежат далеко за пределами города, почти неизвестны и не понятны в силу особенностей своей символики).

Естественным кажется также записать на видео обход кладбища. С помощью средств видеозаписи можно подготовить экскурс, подобный тому, что мы говорили о путеводителе, но к тому же передать особую атмосферу, присущую кладбищам.

Названные формы закрепления и презентации результатов имеют то преимущество, что они дают школьникам ощущение, что они сделали что-то, выходящее далеко за рамки «нормальных» уроков истории и интересное всем людям. Для школьников это не только озачает гордость за то, что они сделали, но и может принести общественное признание.

Перевод Анны Лауринавичюте

Источник:

Gerhard Schneider: Sachzeugnisse. Steine zum Reden bringen // Spurensucher. Ein Praxisbuch für historische Projektarbeit. – Belz Verlag, 1997. S. 142 – 149.

Также по теме:

  • Бернд-А. Рузинек. Критика и интерпретация источников. Всё дело в вопросах / urokiistorii
  • Ульрике Херманн. От хаоса к порядку: структурирование исследовательской работы по истории / urokiistorii
26 июня 2012
Материальные свидетельства на уроке истории, или Как заставить камни заговорить

Похожие материалы

24 июня 2015
24 июня 2015
Закончился XVI ежегодный всероссийский конкурс исторических исследовательских работ старшеклассников «Человек в истории. Россия – XX век», проводимый Международным Мемориалом. Финалисты конкурса, авторы самых глубоких исследований, были приглашены в Москву на церемонию награждения и школу-академию. По традиции, финалистам предложили написать небольшое эссе, тема которого в этом году звучала так – «Нужны ли памятники жертвам репрессий? Если да, то какими они должны быть?»
3 апреля 2015
3 апреля 2015
Монография историка Александра Рожкова посвящена первому десятилетию работы над советским человеком, 20-м годам, и рассказывает о структурах, вокруг которых строился «жизненный мир молодого человека».

Последние материалы