Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
2 августа 2011

«С добрым утром, ГКЧП»: очевидцы о 19 августа 1991 года

Танки в центре Москвы, август 1991 г. Источник фото: forum-tvs.ru

Радиостанция «Эхо Москвы» запустила новый проект к юбилею августовского путча 1991-го года. Разные известные люди вспоминают, что именно делали они в тот день. Их комментарии пускают в эфир трижды в день, а также публикуют на сайте.

Архив проекта «С добрым утром, ГКЧП» находится здесь (воспоминания очевидцев можно прочитать и послушать). В эфире гости вспоминают, где и как они встретили утро 19 августа 1991 года в 10:57, 16:52 и 22:08.

Свидетелями уже выступили:

  • журналист Олег Кашин, журналист Вацлав Радзивинович, генерал Юрий Кобаладзе, журналист Дмитрий Быков, писатель Александр Проханов, журналист Михаил Гусман.

Журналист Дмитрий Быков (слушать):

Это меня настигло в свадебном путешествии. Оно было, точнее, предсвадебное, потому что мы ещё дома ничего не сказали. Это была моя первая женя Настька Гурская. Настя, если ты меня слышишь, большой тебе привет. Мы сохранили очень добрые отношения. И до сих пор я о ней вспоминаю с ностальгической нежностью большой. Надеюсь, что это взаимно.

Мы поехали с нашим замечательным другом, молодым тогда поэтом, мало кому известным, Дмитрием Филатовым и его тогдашней тоже женой.
Поехали мы непосредственно в Таллин. С Веллером я ещё не был знаком. Поэтому к нему зайти забоялся, хотя его уже читал.

Дни мы проводили исключительно на пляже, поражались таллиннской дороговизне и помню, что с большим аппетитом ели копчёную курицу, потому что в Москве по тем временем это была редкость большая, и знаменитые итальянские пирожные.

Потом однажды утром, как раз утром 19-го, нас будит Филатов диким стуком в дверь: «Горбачёв снят, в Москве танки». А мы как раз очень медленно всегда вставали, очень неохотно, что понятно совершенно в медовый месяц. И Филатов очень нас за это ругал. И мы просто подумали, что он придумал радикальный способ быстро нас поднять.

Мы, значит, с неохотой вылезли из постели, он на всё сообщил, я позвонил, естественно, тут же в газету «Собеседник» свою родную, где мне секретарша сказала – никуда не суйся, сиди, где сидишь, потому что у нас тут всё оцеплено, мы закрыли здание. И не вздумай возвращаться, потому что всем кранты.

А мы немедленно побежали в аэропорт, нам без очереди сразу по журналистским коркам продали билеты.

И мы, как идиоты, немедленно в тот же день вылетели в Москву, размахивая последней копчёной курицей, которая нам казалась последней в нашей жизни, и тут же побежали к Белому дому, где и провели очередную брачную ночь, и после этого, уже проведя с женой три ночи публично, правда, под Белым домом, как честный человек, я обязан был жениться.

 

2 августа 2011
«С добрым утром, ГКЧП»: очевидцы о 19 августа 1991 года

Похожие материалы

25 ноября 2010
25 ноября 2010
Впервые изданные дневники Ольги Берггольц (советской поэтессы и «ленинградской Мадонны», в чьей судьбе оказалась сгущена история советской России, и революция, и репрессии 30-х годов, и ленинградская блокада) озаглавлены очень скупо – «Ольга. Запретный дневник». Об Ольге Берггольц и её дневниках рассказывает историк Ирина Щербакова.
27 января 2015
27 января 2015
О письмах Михаила Дмитриевича Юдина, которые с новой стороны показывают «Дело о двадцатке неугодных» - тяжёлый удар, нанесённый НКВД по интеллигенции Ногинска.
12 августа 2010
12 августа 2010
Сборник не только вводит в оборот неопубликованные документы и семейные архивы нижегородцев, но и показывает происходившие события глазами непосредственных участников войны
14 ноября 2014
14 ноября 2014
«Еще один момент, горький момент, занимает огромное место в моей памяти, – это когда мама сообщила мне, что он погиб. Мне было по-прежнему 5 лет. Слишком мало, казалось бы, чтобы осознавать всю серьезность ситуации, но ручей своих слез я не забуду никогда. Мне бы хотелось не вспоминать этого момента никогда, оставить вместо него что-то более приятное из детства, но, увы, он крепко уцепился за мое сознание, и не думаю, что когда-нибудь исчезнет».

Последние материалы