Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
15 июля 2011

«Принудительный труд»: интервью со свидетелями (воспоминания остарбайтеров)

Фрагмент интервью

Сотрудники Центра устной истории и биографии Международного Мемориала в рамках проекта «Документация принудительного труда в национал-социалистической Германии» подготовили цикл интервью с бывшими остарбайтерами. Ниже представлено видео с фрагментами из рассказов свидетелей.

О фильме

Международный Мемориал
Центр устной истории и биографии
Проект «Документация принудительного труда в национал-социалистической Германии»
2011
Воспоминания бывших остарбайтеров

Операторы: Андрей Купавский, Эдуард Кочеджиян
Авторы сценария: Алена Козлова, Ирина Островская
Монтаж: Сергей Быковский

Использованы интервью:
Гуляев Николай Александрович, Таганрог
Зубков Николай Иванович, Волжский
Ткачев Георгий Гаврилович, Новочеркасск
Толкачева Таисия Васильевна, Пенза
Хабарова Варвара Антоновна, Пенза
Хмара Федор Иванович, Пенза
(интервью записаны в 2002 году)

Принудительный труд: справка

Нацистский режим превратил принудительный труд в массовое явление, с самого начала частично основанное на расистском социальном порядке. Пропагандируемая «народная общность» немецкой «расы господ» неразрывно связана с принудительным трудом представителей «неполноценных рас». Депортированные работники использовались как в интересах государства — на военных заводах, в строительстве, сельском хозяйстве, торговле, учреждениях, так и в частных хозяйствах. История принудительного труда, поставленного на службу национал-социалистической Германии, – это еще и история использования труда иностранцев, а значит, и многочисленной европейской принудительной иммиграции этого периода. Между 1939 и 1945 годами более 13 миллионов мужчин, женщин и детей было привлечено к принудительному труду в «пангерманском рейхе», в который входили Германия, Австрия, а также аннексированные территории Польши, Франции, Бельгии и сегодняшней Чешской Республики («Протекторат Богемии и Моравии»). Точное число подневольных работников неизвестно. Наиболее достоверные подсчеты принадлежат историку Марку Шпёреру. По его оценкам, во время войны на принудительных работах в пангерманском рейхе были заняты 8,4 миллиона иностранных гражданских рабочих, 4,6 миллиона военнопленных и 1,7 миллиона заключенных концентрационных лагерей. В разных частях Европы более 20 миллионов человек были вынуждены трудиться на благо национал-социалистической Германии. В 1941–1945 гг. из Советского Союза на принудительные работы в рейх было угнано около пяти миллионов мужчин, женщин и детей. При сталинском режиме эта категория людей считалась коллаборационистами, немалая их часть попала в лагеря. Тема подневольных работников получила освещение и правовую оценку только после распада Советского Союза. В 2000 г. федеральное правительство совместно с представителями немецкой промышленности учредило фонд «Память, ответственность и будущее», признав свою историческую ответственность и организовав выплаты помощи бывшим подневольным работникам как из стран бывшего Советского Союза, так и многих других.

Контекст

Напомним, что в настоящее время в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе открыта выставка «Принудительный труд. Немцы, подневольные работники и война», организованная фондом мемориальных комплексов Бухенвальда и Миттельбау-Дора (действует до октября 2011 г.).

В июне Международный Мемориал провёл научно-практический, образовательный и просветительский семинар для преподавателей, аспирантов и студентов «Рабский труд и Вторая мировая война». Сотрудники Центра устной истории «Мемориала» Алена Козлова, Ирина Островская и Ирина Щербакова (руководитель конкурса «Человек в истории. Россия – ХХ век») рассказали участникам семинара о работе по сбору материалов о принудительном труде в годы войны и показали фрагменты видео-интервью с узниками концлагерей и советскими военнопленными, хранящиеся в архиве общества «Мемориал».

15 июля 2011
«Принудительный труд»: интервью со свидетелями (воспоминания остарбайтеров)

Похожие материалы

15 апреля 2015
15 апреля 2015
К 70-летию освобождения Красной Армией стран Центральной Европы от нацизма. О восприятии новой силы, пришедшей с востока, в лагере венгерских интеллектуалов середины – конца 1940-х гг. Как и большинство венгров, Шандор Мараи жил тревожным ожиданием. Месяцы нилашистского террора, пишет он, «сменились новой, столь же опасной, но при этом все-таки иной ситуацией». «Русский солдат – я не мог не думать об этом – вошел нынче не только в мою жизнь, со всеми проистекающими отсюда последствиями, но и в жизнь всей Европы. О Ялте мы еще ничего не знали. Знать можно было только то, что русские находились здесь». И они не просто вошли. «Я кожей и всеми своими органами чувств ощутил, что этот молодой советский солдат принес в Европу некий вопрос». «В Европе появилась некая сила, и Красная Армия была лишь военным проявлением этой силы. Что же она такое, эта сила? Коммунизм? Славянство? Восток?»
29 сентября 2016
29 сентября 2016
В библиотеку Мемориала поступает множество исторических исследований, мемуаров, книг памяти, худлита и многого другого. Уследить за всем невозможно, потому «УИ» запускают регулярный литературный дайджест, в котором мы даём краткий обзор нескольких книг, придирчиво выловленных из общего потока.
16 января 2017
16 января 2017
19-20 января в Мемориале и Библиотеке киноискусства им. С. М. Эйзенштейна пройдёт конференция «Рынок исторического (со)знания»
26 августа 2011
26 августа 2011
По неполным данным, в народном ополчении и других добровольческих формированиях во время войны находилось не менее 4 млн. человек. Интересно стало узнать, как попадали они в армию, что заставляло их проситься на фронт ведь никто не тянул их за руку в длинные очереди возле военкоматов. Усиленно просились в армию и те, кого в те суровые годы продолжали считать врагами народа, те, кто продолжал отбывать сроки в сталинских лагерях.