«Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно». Джордж Оруэлл
Проект осуществляется
Международным Мемориалом

Детективная история речи Ельцина 1987 г., сделавшей его народным героем

24 августа 2012

Выступление Бориса Ельцина 21 октября 1987 г. на Пленуме ЦК КПСС (в октябре 2012 г. будет 25 лет этому событию) стало символом эпохи, а его автора сделало народным героем в борьбе с партноменклатурой и её привилегиями. Речь получила большое хождение в самиздате, а когда была опубликована точная стенограмма, почти никто не заметил подмены, хотя два документа сильно отличались. Urokiistorii публикуют оба.

Документы можно увидеть в Государственной публичной исторической библиотеке и библиотеке общества «Мемориал»

Два варианта выступления Ельцина

Перед нами два документа. Первый, взорвал свое время, стал символом эпохи. Второй – ничем не примечательная стенограмма заседания политбюро ЦК КПСС. Речь идет об одном и том же выступлении Бориса Ельцина на 21 октября 1987 года на Пленуме ЦК КПСС.

Нас не интересует второй вариант, старательно выверенный стенографистами, нас интересует первый, распространявшийся в перепечатках в самиздате, зачитывавшийся на митингах и собраниях, передававшийся из рук в руки. Документ, удивительным образом совпавший с чаяниями советских людей.

Итак, Борис Ельцин, первый секретарь московского горкома КПСС 21 октября 1987 года выступает с резкой критикой существующего положении дел.

Он говорит о простых тружениках, вынужденных «стоять в очереди за сосисками, в которых крахмала больше, чем мяса», о засилье бюрократии в стране, о коррупции. Он выступает с резкой критикой военных действий в Афганистане. Он осаживает всесильного Е. Лигачева: «Не надо т. Лигачев кричать и поучать меня. Не надо. Нет я не мальчишка».

И, наконец, после своего выступления уходит в отставку с поста первого секретаря МГК КПСС, хотя в самом выступлении нет ни намека на это обстоятельство.

Полтора машинописных листа стали уникальным документом, с одной стороны этим закончилась эпоха самиздата, с другой – началось время гласности в Советском Союзе.

Прошло много лет, и в одном из интервью, экс министр печати Михаил Полторанин сознался в своем авторстве самиздатского документа:

«Ельцин эту речь на пленуме не произносил, я ее через месяц придумал. Его после пленума долбали сильно, но народ не понимал, за что его так, наотмашь. Люди стали интересоваться: что же такого Ельцин наговорил Горбачеву? Я стал выяснять, оказалось, не речь, а пустышка. Ельцин же не оратор был. Я ему говорю: «Зачем же вы с такой слабой речью выступили?» Ельцин отвечает, мол, не выдержал, на коленке набросал и вышел. Если бы его реальную речь напечатали – народ разочаровался бы. Я тогда был редактором «Московской правды». Через месяц после скандального октябрьского в Академии наук было совещание главных редакторов СССР. Они все стали меня просить: достань знаменитую речь Ельцина на пленуме. Я сел и написал ее. Ночью отксерокопировали. И раздали редакторам. Они развезли ее по всему Союзу, где-то сразу же и напечатали, пошла «речь Ельцина» гулять по стране. И авторитет его взлетел.»1

Через полтора года после октябрьского пленума, в Известиях ЦК КПСС была опубликована стенограмма заседания. В речи Ельцина не оказалось ни сосисок с крахмалом, ни Афганской войны, да и к Егору Лигачеву секретарь Московского горкома обращался более деликатно.

Но разве это было кому-нибудь не нужно? Речь Ельцина (или Полторанина) оказалась настолько созвучна эпохе, что подлинные документы уже не представляли ни малейшего интереса.

«Прочитал свое выступление. Удивился слегка – мне казалось, что выступил я тогда острее и резче, но тут, видимо, время виновато, с тех пор общество так продвинулось вперед, столько прошло острейших дискуссий... А тогда это была первая критика Генерального секретаря, первая попытка не на кухне, а на партийном форуме гласно разобраться, почему перестройка начала пробуксовывать. Это была первая, так сказать, реализация провозглашенного плюрализма.» – написал Б. Ельцин в своей первой автобиографии «Исповедь на заданную тему».

Интересно, о каком из этих документов упоминал будущий первый Президент России.

Елена Струкова, зав. сектором Государственной публичной исторической библиотеки

Воспоминания свидетелей

«Это было еще до выступления.

Лично мне было ужасно обидно. Большие начальники Исторички, в первых рядах заняли все лучшие места в зале, а я ,как рядовой сотрудник отдела книгохранения была вынуждена слушать из коридора. Ну ладно, спасибо что не прогнали. Очевидец, и как положено член партии, рассказывал о своих впечатлениях от встречи московской общественности с Ельциным. Запомнилось только одно: очевидец был потрясен демократичностью общения и тем, что на Борисе Николаевиче были ботинки из обычного московского магазина.

На следующий день, нас собрал начальник отдела. «Ну вот, все слышали? сурово спросила она. – надо и нам как-то немножечко перестроится».

Немножечко перестроится, как мы теперь знаем не удалось.

Сейчас я понимаю, что «письмо Ельцина» просто попало на благодатную почву. Люди ждали именно таких слов, и именно от стремительно набравшего популярность опального секретаря московского горкома».
Елена Струкова

«Лично я этого документа как такового не помню, в руках не держал. Более того, аберрация памяти привела к тому, что текст выступления на октябрьском пленуме у меня «совместился» с опубликованным интервью с опальным Ельциным в латвийской газете (не помню, какую именно из газет, опубликовавших интервью, я  держал в руках – то ли «Юрмала» то ли «Советская молодежь»).

При этом в стране уже началась Перестройка, началась эпоха «гласности»: в толстых журналах, в «Огоньке», в «Московских новостях»  чуть ли не в каждом номере появляются публикации, которые ни при каких условиях не могли увидеть свет в предыдущие десятилетия. Но все это в условиях, когда то, что происходит на вершине власти, т.е там, где принимаются решения, в том числе, и  те, от которых зависит дальнейшая судьба той же «гласности» – оставалось совершенно закрытым от «посторонних глаз»., т.е от народа. Поэтому  для народа, естественно, любая информация «оттуда» – из Кремля и со Старой площади - становится максимально востребованной.  Но до выступления Ельцина – вся эта «востребованность» выражалась «кухонной» интерпретацией официальных сообщений или слухов. А тут – как бы подлинный текст выступления члена Политбюро, оказавшегося инакомыслящим, прогрессистом, смелым оппонентом косных сил в руководстве партии. Все убедились – в ЦК не просто нет единства, а есть всамделишные  консерваторы и либералы, и консерваторы одерживают верх. (Через полгода факт публикации письма Нины Андреевой эту расстановку сил вроде бы подтвердил... А еще совсем скоро «гласность» «вышла из берегов» – и текст выступления Ельцина, как и письма Нины Андреевой ушли в прошлое.)…»
Борис Беленкин

Документы

Самиздатовский (знаменитый) вариант речи Ельцина Стенограмма оригинальной речи Ельцина

 

Комментарии

Проверка CAPTCHA
С помощью таких вопросов система пытается отделить нормальных пользователей от роботов-спамеров.
CAPTCHA-картинка
Введите символы, которые видите на картинке.
 
Еще материалы по теме