Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Историческое сознание и гражданская ответственность — это две стороны одной медали, имя которой – гражданское самосознание, охватывающее прошлое и настоящее, связывающее их в единое целое». Арсений Рогинский
Поделиться цитатой
25 мая 2018

Красный террор в Крыму 1920-1922

документы
Папка с архивными документами
Папка с архивными документами
«Красный террор» в Крыму — одна из самых трагических страниц в советской истории. Тысячи солдат и офицеров армии Врангеля, а также просто гражданских лиц из «буржуазии» были расстреляны с 1920 по 1922 г.г. на территории полуострова по решениям многочисленных Особых отделов и чрезвычайных комиссий, образованных большевиками. После эвакуации армии Врангеля в Крыму осталось примерно 55 тысяч солдат и офицеров Русской армии, а также большое количество гражданских лиц, не сочувствовавших «красным», которые не смогли или не захотели покинуть Родину.

6 декабря 1920 года во время выступления перед активом Московской парторганизации Ленин заявил: «…сейчас в Крыму 300 000 буржуазии. Это — источник будущей спекуляции, шпионства, всякой помощи капиталистам. Но мы их не боимся, мы говорим, что возьмем их, распределим, подчиним, переварим…»

Жестокое уничтожение тысяч безоружных мужчин и женщин стало последним аккордом Гражданской войны и квинтэссенцией братоубийственной бойни. О масштабах трагедии можно узнать в докладе бывшего члена коллегии Народного комиссариата национальностей на имя Сталина от 14 апреля 1921 года:

Народному комиссару по делам национальностей тов.Сталину
Копию в ЦК РКП(б).
Доклад
б.члена коллегии Наркомнаца Султан-Галиева.
О положении в Крыму
<..>
Ненормальное состояние партийной организации в Крыму отразилось и на состоянии советской работы. Но в развитии советской работы, помимо этой причины, были еще другие специфические условия, которые породили ненормальность ее постановки.
Первой и очень крупной ошибкой в этом отношении явилось слишком широкое применение в Крыму красного террора. По отзывам самих крымских работников, число расстрелянных врангелевских офицеров достигает во всем Крыму от 20 до 25 тысяч. Указывают, что в одном лишь Симферополе расстреляно до 12 000. Народная молва превозносит эту цифру для всего Крыма до 70 000. Действительно ли это так, проверить мне не удалось.
Самое скверное, что было в этом терроре, так это то, что среди расстрелянных попадало очень много рабочих элементов и лиц, отставших от Врангеля с искренним и твердым решением честно служить Советской власти. Особенно большую неразборчивость в этом отношении проявили чрез­вычайные органы на местах. Почти нет семейства, где бы кто-нибудь не пострадал от этих расстрелов: у того расстрелян отец, у этого брат, у третьего сын и т.д.
Но что особенно обращает на себя в этих расстрелах, так это то, что расстрелы проводились не в одиночку, а целыми партиями, по нескольку десятков человек вместе. Расстреливаемых раздевали донага и выстраивали перед вооруженными отрядами.
<…>
14/IV-21 г. г. Москва
б. член коллегии Наркомнаца: Султан-Галиев

 

Источник: ЦТА ИПД РТ. Ф.8237. Оп.1. Д.5.
Опубликовано: Научно-документальный журнал «Гасырлар авазы — Эхо веков».1997 3/4.

С момента тех событий прошло почти 100 лет, но интерес историков, исследователей, общественности по-прежнему очень высок. Каждый новый выявленный документ о «красном терроре» в Крыму становится предметом подробного изучения: несмотря на достаточно большое количество уже изданных исследований, данные о количестве жертв, о причинах террора, о структурах карательных органов, о персональном составе как жертв, так и их палачей, до сих пор не являются полными. Одной из главных проблем в вопросе изучения событий в Крыму в 1920-21 г.г. является относительная закрытость российских архивов, а также то, что подлинных документов о тех событиях в архивах сохранилось достаточно немного.

Большим подспорьем в деле изучения вопросов, связанных с работой ВЧК-ОГПУ-НКВД, стали законы о декоммунизации, подписанные президентом Украины Петром Порошенко в 2015 году, которые фактически открыли украинские архивы советских спецслужб для историков, исследователей, родственников репрессированных и просто для всех желающих. В Отраслевом государственном архиве Службы Безопасности Украины был выявлен массив документов, находящийся в фонде 6, опись 6 под названием: «Дело с документами об исполнении приговоров КрымЧК и списки осужденных по решениям КрымЧК за 1920-1921-1922 г.г.».

Папка содержит более 100 страниц подлинных документов: акты, приказы, рапорты о расстрелах в Крыму, изданные разными карательными органами Советской власти. Особый интерес в представленных документах представляет 45-страничный список на граждан, осужденных чрезвычайной «тройкой» особого отдела Черноазморей. Созданный в ноябре 1920 года в Севастополе особый отдел Черного и Азовского морей был в то время одним из передовых отрядов борьбы с контрреволюцией. Список осужденных решением этого органа содержит несколько тысяч фамилий. Интересно, что часть списков напечатана на оборотной стороне прошений крымчан на имя Государя Императора. По решению «тройки» Черноазморей был расстрелян гражданский персонал госпиталя номер 10 Красного Креста в Ливадии (сестры милосердия, санитары), где проходили лечение солдаты и офицеры армии Врангеля, что, вне всякого сомнения, является позорным преступлением, которое было совершено несмотря на то, что ещё в мае 1918 Совет народных комиссаров принял постановление о том, что все международные конвенции, касающиеся Красного Креста, будут соблюдаться Советской Россией.

В числе расстрелянных: работавшая в санатории сестрой милосердия княгиня Н.Н. Трубецкая, Ирина Цитович (Булгакова) — акушерка и сестра милосердия- тетя Михаила Булгакова, княгиня Надежда Барятинская, которой на момент расстрела было 75 лет. Вместе с Надеждой Барятинской была расстреляна её дочь, княжна Ирина Мальцова, с мужем и отцом мужа, генералом от инфантерии Иваном Мальцовым. Всего в этот день, 20 декабря 1920 года, по приговору ЧК было расстреляно 203 человека.

Под номером 112 среди расстрелянных числится генерал-майор царской армии Александр Петрович Багратион, грузинский князь из династии Багратиони.

Под номерами 1370 и 1371 в публикуемых списках проходят барон Василий Корф и его жена Агнесса. О том, в чём их обвиняла советская власть можно прочитать в постановлении следователя:

«Постановление. 28 декабря 1920 года.

Я, военследователь Особого Морского Отдела побережья Черноазморей Гротов, пересмотрел дело за N“359, в разбирательстве ОРТЧК за N°33, по обвинению барона Василия Корфа и жены его, баронесы Корф, в службе делу контрреволюции.
Взяв все дознание последовательного следственного разбирательства уполномоченным ОРТЧК ст. Севастополь М. Евстифеева и строго проверив ход следствия, нашел: что обвиняемый Корф как барон из рода древних поработителей народа, потомственный дворянин, фабрикант, землевладелец и заводчик, занимавший должности в гражданской службе по выборам дворян, ясно, как ревностный защитник дворянских эксплуатации народа, всосавший с грудью матери дворянское презрение к народу, не мог, служа у Врангеля, так круто изменить свои мнения, а был ревностным служакой барона Врангеля как единственного защитника их интересов, и, будучи послан по делам службы в Феодосию, не мог удрать вместе со всей белой сворой за границу.
Находя, что служа у Врангеля, он служил делу контрреволюции, из всего вышеизложенного вывожу предъявить обвинение барону Корфу в службе контрреволюции.
Относительно жены его баронессы Агнессы Корф нашел: что воспитанная в таком же духе дворянского презрения к народу, Агнесса Корф, солидарная во всех своих взглядах с мужем своим бароном Корф, косвенно причастна к делу служения его во врангелевской банде, а потому в своем заключении полагал бы к обвиняемым барону Корф, как к человеку, не могущему принести для Советской России ничего, кроме вреда, распространяя вокруг себя тлетворное влияние дворянских держимордных идей, применить высшую меру наказания — расстрел, а баронессу Корф, не находя за ней конкретных данных, заключить в концлагерь до конца гражданской войны, имущество их конфисковать, а дело сдать в архив.
Военследователь Гротов»

Резолюция Тройки: «Обоих расстрелять. 28/ХII-20».

(См. С.Б. Филимонов. Тайны судебно-следственных дел. Симферополь, 2000. С. 58-62).

В выявленных материалах встречаются рапорты и акты о расстрелах за подписью председателя Евпаторийской ЧК Я. Бирзгала. Ян Бирзгал, латыш, учился в художественном училище Штиглица в Петрограде. Воевал в Красной армии. Занимался расстрелами в Крыму. После этого был директором Алупкинского дворца-музея, картинной галереи в Симферополе. Заслуженный деятель искусств Крымской АССР.

Представленный ниже комплекс подлинных документов из фондов архива СБУ будет интересен как исследователям, так и широкому кругу лиц, интересующихся историей.

25 мая 2018
Красный террор в Крыму 1920-1922
документы

Похожие материалы

1 июня 2017
1 июня 2017
Широко известно, что множество жертв политических репрессий были осуждены не по «политическим» статьям. Количество таких мнимых уголовных дел до сих пор неизвестно, что многократно затрудняет процесс реабилитации. Об этой проблеме и возможных путях её разрешения на примере истории беглого ссыльного рассказывает исследователь из Беларуси Владимир Володин.
24 января 2014
24 января 2014
26 сентября 2014
26 сентября 2014
Этой осенью «Мемориал» в сотрудничестве с издательством «Книги WAM» выпустил книгу, посвященную письмам отцов, содержавшихся в лагерях ГУЛАГа, их детям. Книга, несомненно, одно из самых ярких изданий «Мемориала» за последнее время. В преддверии презентации книги на ярмарке «Non/fictio№» мы поговорили с авторами-составителями «Папиных писем» Алёной Козловой и Ириной Островской об идее выставки, трудностях нахождения и отбора материала и о реакции на книгу «детей», непосредственных её героев.
31 января 2014
31 января 2014
"Зима суровая и продолжительная, лето жаркое и короткое. Толщина снежного покрова достигает одного метра. Вечная мерзлота распространена повсюду".

Последние материалы