Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
5 февраля 2018

Сталин - всё

http://www.comicextra.com/
Обложка второго тома комикбука "The death of Stalin" http://www.comicextra.com/
Сталин умер. И это, вероятно, самое гуманное из всего, что он сделал в своей жизни.  Подзаголовок к комикбуку Фабьена Нури и Тьерри Робина гласит — «правдивая советская история» . Подготовленный читатель понимает, что начинать смеяться можно уже сейчас.

Страх


Первым после смерти тирана начинает отмирать страх. Берия кричит «Хрусталев, машину!»  — «ну он совсем страх потерял» , — бормочет Хрущев Маленкову. Он уже и не хочет хранить свое лицо перед товарищами — все понимают, что стартовала настоящая гонка за место нового вождя. 

«Дирижировать… Дирижировать для вождя… Не могу — слишком страшно», — говорит дирижер  перед тем, как рухнуть в обморок. «Не открывай дверь, мне страшно!», — умоляет жена второго дирижера, к которому ночью «пришли». «Это холод или страх?», — спрашивает Берия у справляющего нужду Маленкова. «И то, и другое». 

В книге две части, и все «страхи»  умещаются в первой — пока Сталин умирает. Вся вторая часть, несмотря на порой ужасные (и совсем не исторические) подробности, вроде расстрела толпы на сталинских похоронах, уже не «страшная» — это старая-недобрая мафиозная история выборов нового главаря. Самый очевидный кандидат не должен выиграть — золотое драматургическое правило работает и здесь. Чем более могущественным выглядит Берия первые 70-80 страниц, тем более драматическим будет его падение в конце. 

Собственно говоря, читатель комикса, ничего не знающий о событиях 65-летней давности в уже несуществующей стране, все равно быстро догадается, что Берия проиграет. У него все получается слишком хорошо, и он, в отличие остальных, ничего не боится. Только он и пианистка Мария Юдина способны дерзить Сталину — Юдина еще живому, а Берия — мертвому. В конце в живых останется только один.

Нуар

http://www.comicextra.com/
Предполагаемое место действия — дача Сталина в Кунцево http://www.comicextra.com/

Нури и Робин разглядели в смерти Сталина потенциал для классического нуара. Это мрачная история о коррупции и борьбе за власть, с амбивалентными героями, без ярко выраженных «положительных»  персонажей. Время действия — ночь. Образ действия — изнасилование, неоказание медицинской помощи, вскрытие тела в гараже, больше напоминающее расчленение.

Несмотря на то, что этот мир исключительной жестокости принадлежит мужчинам, право действовать в нем часто отдается женщинам (возможно потому, что мужчинам все еще слишком страшно?). Мария Юдина протестует против выступления «для Сталина» и пишет ему дерзкую записку, сталинская «подавальщица» находит его на полу и первой зовет на помощь. Лидия Тимошук составляет список пригодных врачей для «лечения» вождя. Могущественным мужчинам остается лишь голосовать и интриговать.

Из законов жанра следуют и многие визуальные особенности прорисовки персонажей и окружающей их обстановки. Сталинская дача — крепость инфернального злодея, здание Лубянки (в ракурсе снизу вверх, подчеркивающем высоту здания) — храм пыток и насилия. Злодей Берия в шляпе с острыми полями. Свирепый Хрущев с картофельным носом. Развязный красавчик Вася Сталин в вечно распахнутом халате, расстреливающий людей направо и налево. 

И, наконец, «счастливый финал» — кровь расстрелянного Берии на стене. Тот самый случай, когда наказанное зло вовсе не предполагает победу добра. 

Тамиздат

То, что в любых других обстоятельствах было бы хорошим жанровым комикбуком на одной полке, где-то между «Линкольном — убийцей вампиров»  и «Персеполисом», после запрета фильма Иануччи в России вдруг превратилось в нечто большее, практически в актуальный политический тамиздат. И это тем более смешно, потому что фильм, как неоднократно отмечали его создатели, в современном мире скорее ищет сходства с администрацией Дональда Трампа. Комикбук вышел во Франции в 2010-м и никогда не претендовал на самостоятельное политическое высказывание по истории вопроса, но теперь само искусство работает посредством апроприации. Выкинув фильм «Смерть Сталина» из проката, Министерство культуры само запустило процесс стирки грязного белья, контекст оживает, комикс апеллирует к воскресшей практике цензуры, запретов и страха. Включен режима отжима, лучшие моменты из предыдущих исторических серий — в «правдивой советской истории» Нури и Робина.

Похожие материалы

28 сентября 2009
28 сентября 2009
В третьей части интервью с историком Александром Гурьяновым поднимаются вопросы о том, как вспоминают о событиях начала Второй Мировой войны в Польше и России, обсуждаются «скелеты в шкафу» в истории обеих стран, отношение к таким болезненным вопросам, как Катынь, раздел Чехословакии в 1938 г., еврейские погромы в Польше и Украине.
31 октября 2011
31 октября 2011
В материале двух музейных экспертов Михаила Гнедовского и Никиты Охотина рассказывается о мировом опыте создания и существования «негативных» исторических экспозиций.
10 января 2012
10 января 2012
Международная научная конференция «История—История культуры—Историческая культурология—Cultural history: новые водоразделы и перспективы взаимодействия» пройдет 5-7 апреля 2012 г.