Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
23 мая 2016

«Ах, эта свадьба, свадьба… пела и плясала!»

Свадебные традиции. 1950–1960
Свадебные традиции. 1950–1960 Свадебные традиции. 1950–1960

Ольга Доильницына
г. Няндома, Архангельская область

Научный руководитель Г. Н. Сошнева

СВАДЬБЫ КОНЦА 50-Х – НАЧАЛА 60-Х И 80-Х ГОДОВ ХХ ВЕКА В ВОСПОМИНАНИЯХ СОВЕТСКИХ ЛЮДЕЙ

1960-е

Во времена моей бабушки решение о создании семьи не принимали скоропалительно, и у большинства молодых людей свадьбе предшествовали годы знакомства. Например, Доильницыны Галина Степановна с Борисом Григорьевичем были знакомы со школьных лет. Но влюбленность началась, когда Галине было 17, а Борису – 18. К тому времени он уже учился в железнодорожном училище. Произошло это на традиционном новогоднем бале-маскараде. Проходил он в городском клубе им. Кирова, где сейчас находится кинотеатр «Заря».

Это было настоящее событие! Каждый шил себе нарядный костюм, чаще всего из подручных материалов, некоторые просто надевали маску, вырезанную из картона и украшенную блестками, бусинками. Галина в девятом классе сделала костюм индианки. Просто взяла длинный кусок материи, укуталась и нарисовала точечку во лбу. Получилось неплохо, и ей даже вручили приз – репродукцию какой-то известной картины. Борис Григорьевич, как он позже рассказывал, еще в пятом классе решил, что Галина станет его женой. Как-то раз, он был дома у своего друга и из окна увидел Галину. И сказал: «Вот, смотрите, моя жена идет!» Но поскольку Галина была из семьи, которая считалась неплохо обеспеченной, да тем более с отцом, а Борис рос без отца, то мама друга сказала: «Тебе-то куда до нее!».

Ухаживания были довольно простыми, но долгими. Молодежи особенно негде было развлекаться. Местным центром культуры был клуб имени Кирова. На верхнем этаже устраивались танцы, а на нижнем находился кинотеатр. Там собиралась вся молодежь, а в дни выхода новых фильмов купить билет было просто невозможно. Вечерами ходили гулять по заснеженным колеям от саней, шли по разным колеям и держались за руки. Городской парк, или Парк железнодорожников, как раньше его называли, тоже был излюбленным местом для прогулок вдвоем. В будние дни вход туда был бесплатный, а в выходные и праздники платный – 50 копеек. Те, кто не хотел платить, просто перелезали через забор. Можно было кататься на каруселях, на качелях, там же находился и летний кинотеатр. Борис с Галиной часто катались вдвоем на велосипеде, Борис вез Галину на раме. По субботам на танцплощадке возле клуба играл духовой оркестр. В гости ходили редко. Вообще афишировать свои отношения считалось неприличным. Детей воспитывали строго, считали, что главнее учеба. Поэтому родители часто были недовольны, если их дети начинали с кем-то встречаться. И если парень еще мог ходить к девушке в гости, то девушкам ходить в дом к молодому человеку считалось позором.

После десятого класса Галина поехала в Одессу поступать в Политехнический институт. Ехала через Москву, где проходил Международный фестиваль молодёжи и студентов. В столице она увидела множество людей разных национальностей. Сама Галина не хотела учиться в Одессе, потому что это было слишком далеко от Няндомы и от любимого человека. Этого хотели родители, ведь в те годы все стремились стать инженерами. Не поступила она из-за того, что сдала физику на тройку. В Няндоме никто не ждал, что Галина вернется так скоро, ведь она никому не звонила и не писала. Приехав обратно, Галина шла по площади им. Ленина, на которую выходили окна дома Бориса. Он стоял на балконе и не поверил своим глазам. Очнувшись, побежал к Гале, схватил ее на руки и кружил, кружил. Такое проявление чувств на людях считалось неприличным. Можно было только держаться за руки.

Не поступив в институт, Галя поехала работать учительницей немецкого языка и рисования в деревню Воезеро Няндомского района. А Борис учился в железнодорожном училище. Однажды, чтобы увидеться с ней, он по дороге остановил грузовую машину, так как другим способом нельзя было добраться до близлежащих деревень, остановился на первой развилке и дальше 15 километров шел пешком по ужасной грязи в полуботинках.

Подарки в те годы не делали, денег не было, а если делали, то редко, и старались, чтобы подарок был действительно хорошим. Галине Степановне особенно запомнились два подарка. Первый – большая кукла, а второй – игрушечный легковой автомобиль на радиоуправлении. Как сказала Галине ее тетя: «Подарок с прицелом на будущее». Галина Степановна говорит, что Борис тогда реализовал и ее, и свою мечту детства. Ведь у них таких игрушек в детстве не было.

Зоя Николаевна Таширева и Анатолий Иванович Романов познакомились на железной дороге. Зоя приехала в Няндому на заработки из деревни в Кировской области. Но была и другая причина. В своей деревне Зоя и ее подруга работали продавщицами в магазине. После ревизии была обнаружена недостача – потребовали по 120 рублей с каждой. Мама Зои продала теленка и на вырученные деньги выплатила недостачу. После этого-то случая Зоя и уехала в Няндому. А вскоре мама написала, что покупатель, купив полевую сумку в том магазине, обнаружил в ней деньги. Но к тому времени уже прошла денежная реформа 1961 года и деньги обесценились. Хозяин дома, у которого Зоя снимала комнату, устроил ее на станцию стрелочницей. И однажды ехал на паровозе молодой машинист Анатолий Романов. Зоя ключом открыла стрелку и подала сигнал следования. А Анатолий ответил: «Нет, не поеду». Зоя очень испугалась, что неправильно подала сигнал, за это строго наказывали. В слезах она побежала в будку. Следом с улыбкой зашел Анатолий. Как сейчас говорит Зоя Николаевна, это была любовь с первого взгляда. На свиданиях Анатолий часто дарил Зое конфеты. Причем не простые леденцы, а шоколадные. А бабушка всегда ей советовала: не ешь конфеты от парней, а то обманут и бросят. Поэтому Зоя, принимая подарки, складывала их в мешочек.

1980-е

В отличие от 50-х годов, в 80-е общение стало более свободным. Например, Татьяна Александровна Попова познакомилась со своим будущим мужем, гуляя с подругами, когда ей было всего 15 лет. Она родилась в деревне Андреевской Няндомского района. Однажды она увидела, как приезжие мальчишки катаются на мотоциклах. Среди них был и будущий муж Татьяны, Андрей Родионов. Мотоциклы в то время были уже у многих молодых людей, в отличие от 50-х годов, когда вполне обходились велосипедом. Ребята подъехали, познакомились. Оказалось, что Андрей из Няндомы, и он на два года старше Татьяны. Завязалось знакомство, Андрей стал чаще приезжать. Они гуляли, катались вместе на мотоцикле. Но вскоре им пришлось расстаться на довольно длительное время – на 3 года. Андрея призвали в армию, а Татьяна закончила учебу и поступила в Архангельское педагогическое училище. Но, как рассказывала Татьяна Александровна, всё это время она думала об Андрее, а он тоже спрашивал у друзей, как дела у Татьяны. Когда он вернулся, отношения возобновились. Бабушка Андрея жила в Архангельске, поэтому у него была возможность часто приезжать к Татьяне. Особенно ей запомнился случай, когда они купили большую рыбину трески, и она приготовила рыбный салат, которым просто сразила Андрея наповал. Это сейчас треской никого не удивишь, а в 80-х купить такую рыбу было настоящим счастьем.

Вот и Галина Николаевна Сошнева рассказывает, что со своим будущим мужем Виктором Колобовым познакомилась во время жуткого товарного дефицита и продуктов, и ширпотреба в 1989 году. К этому времени Галина уже работала в школе учителем. Виктор любил баловать ее разными вкусностями – хорошей рыбой, конфетами и индийским «чаем со слоном», польской косметикой. Он жил в военном городке Каргополь-2, а снабжение там было гораздо лучше даже в то время.

Как и прежде в 80-е, в Няндоме молодые люди гуляли по улицам города, ходили в кинотеатр «Заря». Он был построен в 80-х на месте сгоревшего клуба им. Кирова. Именно в нем проходили показы всех новых художественных фильмов. Кроме «Зари» было еще клуб железнодорожников им. Ленина и видео-зал. Надо сказать, что в советские времена билеты в кино были недорогими, каждый мог себе позволить. Там в 1977 году познакомились Галина Ивановна Ризина и Александр Анатольевич Сопочкин. Они учились вместе в школе № 1 им. Пушкина, но так как Александр был на два года старше, они не были знакомы. На танцах он поразил ее своим внешним видом. Он следил за собой, был подтянутый, аккуратный, стройный. Они начали встречаться. Ухаживал он настойчиво, потому что был очень целеустремленным. Потом Галина уехала в Архангельск и поступила в педагогическое училище. Надолго остались в памяти посылки Александра с мясом. Когда в их семье резали скотину, он посылал такие посылки почтой. Александр знал, что у Галины трудная ситуация с деньгами и поддерживал ее таким образом. Зимой мясо хорошо переживало путешествия до Архангельска, а летом кусочки укутывали в крапиву и листы газет. Способ хранения, например, рыбы в крапиве хорошо известен рыбакам, его использовали для пересылки свежего мяса, тем более почтой. А на один из праздников среди кусочков мяса она нашла флакон духов «Пируэт». Это были советские духи и стоили они не очень дорого.

В отличие от предыдущих пар Галина Геннадьевна Вангонен и Владимир Александрович Махов познакомились на стройке дома в Ленинграде. Ей было 20 лет, а ему 24. Галина – ленинградка, точнее, уроженка Ленинградской области, была в то время секретарем комсомольской организации. А Владимир был из Няндомского района и работал трубоукладчиком. Владимир сначала не понравился Галине. У него были длинные волосы до плеч и огромный крест с синим камнем. Похоже на атрибут такой современной субкультуры как готы, но в то время такие молодежные движения еще не образовались. Это был просто способ выделиться из толпы. Именно по этой причине Галя не пошла на первое свидание. Но Владимир не успокоился и стал задаривать понравившуюся ему девушку шоколадками. И со временем ее сердце оттаяло. Вместе они гуляли по Ленинграду, катались на теплоходе, а потом решили уехать на родину Владимира, в село Шожма.

«ОБРУЧАЛЬНОЕ КОЛЬЦОНЕ ПРОСТОЕ УКРАШЕНЬЕ…»

1950–60-е

Зарегистрировать брак в 50-60-е годы было нетрудно. Никаких очередей и сложностей не было, надо было лишь заплатить 1,5 рубля работнику ЗАГСа, и всё. Поэтому через неделю после подачи заявления Галина и Борис поженились. Церемония проходила очень скромно. Комната ЗАГСа находилась на втором этаже какого-то старого дома и была очень маленькой. Посередине стоял стол и рядом сундук, видимо с документами. Не нужно было ни свидетелей, ни других условностей. И после регистрации оба разошлись по домам: Галина к себе, а Борис к себе.

Как-то на очередной прогулке Зоя Таширева рассказала Толе Романову, что учится заочно в Вологодском техникуме и думает вернуться на родину. На следующий день он предложил ей подать заявление в ЗАГС. Видимо он очень не хотел отпускать ее, тем более что там у нее был знакомый, который звал ее обратно в деревню. Анатолий заранее договорился, что как только они подадут заявление, их сразу распишут. Для Зои это стало сюрпризом. Соответственно и разрешения родителей они не спрашивали, а просто поставили их перед фактом.

Платья никто тогда не покупал, тем более свадебные. Шить одежду в Няндоме было некому. В нашем городе существовала только артель инвалидов. После войны многие искалеченные люди не могли найти себе применения и шли работать туда. Они шили одежду для ширпотреба, ремонтировали обувь, делали простые стрижки. Большинство людей шили одежду сами или имели знакомых портних. Отец Галины Степановны привез из Москвы отрез на платье и белые босоножки. Ткань эта была плотным шелком голубого цвета. Его отдали частной портнихе, и она в самые короткие сроки сшила красивое модное платье. Тогда был моден ворот «хомутиком» и юбка-шестиклинка. Все платья были отрезные на талии, никто и не видал прямо сшитых платьев. Юбки были трех видов: шестиклинка, солнышко и татьянка. Название «шестиклинка» говорит само за себя. Эта юбка сшивалась из шести клиновидных кусков материи и получалась расширенной к низу. Юбку «солнышко» вырезали по кругу, и она была без швов. А «татьянка» – это юбка, присборенная на талии. Чтобы скрыть шов, носили пояс. Маленькие прямые платья, с узкой юбкой пришли в российскую моду только в середине 60-х годов. Такое платье было у Людмилы Александровны Колгановой. Его сшили на комбинате бытового обслуживания из белой полушерстяной ткани. Платье было очень простым, но элегантным и модным, а белые перчатки, которые Людмила взяла у учительницы, работавшей с ней в школе, поставили замечательный акцент в этом наряде. Валентина Николаевна, которая выходила замуж еще в 1959 году, шила платье сама, она ходила в кружок кройки и шитья. Платье было из шелкового поплина молочного цвета. Эту ткань купил ее брат, который учился в Горном институте. Он хотел сшить себе рабочую форму, но ткань оказалась для этого не совсем подходящей. Тогда мама купила ему другую, более плотную ткань, а поплин отдала Валентине. Платье получилось очень красивым: юбка-восьмиклинка и модный в то время рукав «кимоно».

О кольцах в те годы никто и не мечтал, у семей не было денег на такие дорогие покупки.

Мне на глаза попалась фотография из семейного альбома. На ней тоже молодожёны – друзья из Ленинграда. Если сравнить с фотографиями моих собеседниц, бросается в глаза разница в оформлении ЗАГСа и нарядах. Красивые скульптуры, лепнина – совсем не то, что в провинциальных городках. На невесте модное по тем временам, укороченное белое платье, чуть выше колена. Его украшают кружева и красивый вырез. В руках шикарный букет из гладиолусов. У нас же, в Няндоме, никто и не мечтал о таком. Среди фотографий свадебных пар мы нашли фотографию (1965 г.) невесты, которая была запечатлена с искусственными цветами в вазе.

1980–90-е

В 80-е годы молодежь стала более самостоятельной, решительной и свободной. Тем более что перестройка принесла с собой и вольнолюбивые европейские настроения. Молодые люди сами принимали важные решения в своей жизни, порой даже не уведомляя родителей. Например, о решении выйти замуж. Мои мама и папа объявили родителям о своем решении уже после того, как подали заявление в ЗАГС. Проблем с подачей заявления не возникло, тем более что они выбрали не самую подходящую дату для свадьбы – 13 августа, которое как раз выпало на пятницу. Но они не побоялись и были уверены, что у них все сложится хорошо. Так оно и вышло. Вот и Галина Николаевна с Виктором Юрьевичем сказали родителям о свадьбе, когда уже подали заявление в ЗАГС. Сообщение это прозвучало вечером в доме Галины, когда Виктор приехал в гости с огромным тортом, который пекли на заказ в кондитерской Каргополя–2. Тогда это был военный городок, и кремовый торт в то дефицитное время можно было купить только там.

После подачи документов в ЗАГС начиналась эпопея «добывания» абсолютно всего – продуктов, вина, костюма для жениха и платья для невесты. Галина Николаевна говорит, что даже в Каргополе-2 магазин был уже полупустой. В советское время свадебные салоны располагались только в крупных городах, а в Няндоме о нем даже не мечтали. Был только отдел в одном из магазинов. Там покупала платье Галина Николаевна. Имелось два платья на выбор. Взяли гипюровое, изготовленное еще в ГДР. А вот фату пришлось покупать в Архангельске. Ее выбирали на рынке, как и кружевные цветочки для украшения платья. Вероятно, они делались приезжими умельцами. Кооперативы в то время плодились как грибы.

Лариса Николаевна свадебное платье покупала у знакомой, а не в магазине. Это было белое длинное гипюровое платье с рукавом-фанариком и кружевным воротом стоечкой. К нему прилагалась еще и шляпка с фатой. Все вместе стоило около 80 рублей. Из головных уборов, помимо фаты, в моде были капюшон и венок – такой выбрала себе Галина Геннадьевна Вангонен. В начале перестройки уже начали появляться украшения, которые вставляли в прически.

Вообще тогда даже обычную повседневную одежду купить было трудно, не то, что свадебное платье. Галина Ивановна Ризина даже не поступила на первый курс института из-за того, что ей нечего было носить. Устроилась на работу и первый год зарабатывала на одежду, чтобы не чувствовать себя ущербной. А за сапоги нужно было всю зарплату отдать, они стоили около 80 рублей.

Поэтому свадебное платье шила учительница Галины по технологии. Она же помогла выбрать красивую кружевную ткань. Платье было облегающим, до пят, рукав длинный, колоколом. Светлана за одеждой и продуктами ездила в Москву. Она с подругой села на поезд в Архангельске, по пути к ним подсел и Олег. Чтобы купить свадебный наряд в салоне, нужно было получить пригласительный от ЗАГСа. Они были действительны в Архангельской области, а в Москве только в нескольких местах. Светлане купили немецкое белое гипюровое свадебное платье, длинное, с воротником-стоечкой.

В начале 90-х купить что-то к свадьбе в Няндоме было уже совершенно невозможно. После реформы 1991 года цены выросли в 3 раза. Татьяна Александровна взяла платье у подруги из Питера. Оно было из легкой ткани, с пышной юбкой в пол, украшенное розочками. Туфли поехали покупать в Архангельск. Татьяна Александровна вспоминает, что все кооперативы почему-то располагались в подвалах. Но найти ничего не удалось. Белые туфли были редкостью, а те, что были, оказывались не того размера. В босоножках, по приметам того времени, выходить замуж не разрешалось: раздетая будешь ходить всю жизнь. Отчаявшись, Татьяна попросила туфли у подруги, но у нее нога была на два размера меньше. Но перед самой свадьбой приехала двоюродная сестра с белыми французскими туфлями. И они оказались как раз по ноге! Татьяна Александровна до сих пор удивляется, где та смогла их достать. Эти туфли Татьяна выносила до дыр – так они ей нравились. Но проблемы с белыми туфлями были не только в начале 90-х. Светлане в середине 80-х не удалось купить их даже в Москве. Когда приехали в Няндому, на перроне их встретил брат жениха с белыми босоножками, они оказалась впору. Решили, что невеста будет в них. Но когда приехала ее тетя из Сухуми, она категорически заявила, что невеста не может выходить замуж в босоножках. Она пошла в Военторг и каким-то чудесным образом раздобыла туфли. Они были очень красивые: белые с золотой каймой, на невысоком каблуке, мягкие. И по размеру подошли. Поэтому на свадьбе невеста была в них.

Очереди за кольцами были просто сумасшедшими, ведь люди стремились вложить свои деньги во что-либо, пока они не обесценились. Татьяне удалось купить кольцо для мужа, а ей отдала кольцо свекровь. Галине Ивановне купили кольцо, а вот Сашиного размера не оказалось. Ему взяли у кого-то напрокат.

Над прическами особенно не думали, у большинства моих собеседниц были короткие волосы. Поэтому либо завивали волосы на бигуди, либо делали укладку. А Галина Николаевна из-за прически чуть не опоздала на регистрацию. Отправилась в парикмахерскую в 9 утра, а домой примчалась во втором часу, хотя регистрация была назначена на 14.00. Хотя была сделана предварительная запись на прическу, парикмахер решила, что Галина пришла делать химическую завивку, а «прически она не умеет». Сейчас такое и представить трудно! Пришлось мчаться в другой конец города, где сжалились над заплаканной и опаздывающей невестой и сделали ей прическу. С костюмами для жениха было проще. У кого-то уже был костюм, чаще покупали новый. На ногах обычные черные туфли. У Игоря Борисовича были туфли фабрики «Скороход», которая выпускала более-менее приличную обувь.

Цветочных магазинов в Няндоме тоже не было. Цветы добывали, как могли. Тем, кто выходил замуж летом, как моя мама, повезло. Она составила свой букет из гладиолусов, которые купила на рынке у приезжих торговцев. Галине Николаевне цветы привезли из архангельского цветочного питомника. Это были только что срезанные розы. Никто и не мечтал о свадебном букете, имеющем определенный дизайн. Такие видели только в зарубежных фильмах. Важно было вообще раздобыть приличные цветы. Галине Геннадьевне букет астр привезли из Ленинграда родственники.

Сама церемония бракосочетания разительно отличалась от той, что была в 50-60-х годах. Стали снова появляться такие старые традиции, как выкуп невесты, встреча хлебом с солью и другие.

Утром 13 августа к Ларисе приехали подруги по институту. Вместе с ними она отправилась украшать свадебные машины. Их было три: родительский «москвич», «волга» и «жигули». Светлана и Олег брали машины «волга» напрокат в такси. Украшали машины обычно капроновыми лентами, воздушными шарами и кольцами. Так же популярным украшением была кукла, сидящая на капоте машины. Но Ларисе не нравилась эта идея. Перед самой свадьбой Лариса ездила в Болгарию и оттуда привезла идею украшения свадебной машины живыми цветами. На капоте веером были выложены красные гвоздики, прикрепленные пластырем.

Днем Игорь приехал со своим свидетелем, школьным другом Александром к дому Ларисы на выкуп невесты. Эта традиция существовала еще давным-давно, но в 20-х годах прошлого века государство ее запретило и даже ввело уголовное наказание. А в начале 70-х годов традиция выкупа невесты снова обрела популярность среди молодоженов. Путь им перегораживали соседи, которые тоже хотели получить свои подарки: вино и конфеты. На крыльце их уже ждали подружки невесты и свидетельница. Теперь Игорю предстояло выполнить несколько заданий. Например, на дороге были выложены следы. Ступая по ним, Игорь должен был с каждым шагом говорить комплемент своей невесте. Далее проверяли, какой выйдет из жениха хозяин. В небольшой пенек были заранее вбиты монетки, и Игорь должен был так расколоть его, чтобы все монетки оказались вынутыми. Ну и последним этапом было следующее задание: все подружки невесты и Лариса вставали в ряд, жениху завязывали глаза и он по рукам должен определить, кто же его будущая жена. После того как Игорь справился со всеми заданиями, молодые поехали в ЗАГС.

Здание ЗАГСа находилась на Советской площади в здании Горисполкома на втором этаже. Особым убранством комната не отличалась, невзрачные стены украшали лишь цветы и плакат. В общем, совсем не так, как сегодня. Гостей было много – человек 15. Все в комнату не вместились и некоторые ждали на улице. Церемонию фотографировал специальный фотограф от ЗАГСа. Под марш Мендельсона, который звучал с пластинки на проигрывателе (хотя уже давно появились магнитолы), молодожены подошли к столу, выслушали слова заведующей ЗАГСа, расписались, обменялись кольцами.

Галина Ивановна и Александр Анатольевич к свадьбе готовились серьёзно и основательно. У родителей такого опыта не было, поэтому все хлопоты взяли на себя молодожены. Семья Галины была малообеспеченной, а семья Саши считалась зажиточной. Они дали тысячу рублей и брат Галины триста. Галина Ивановна запомнила эти суммы, потому что для нее тогда это были огромные деньги, которых она и в руках-то никогда не держала. Когда до регистрации оставался час, и Галина уже с прической в белом платье стояла перед зеркалом, выяснилось, что ребята из ансамбля отказываются играть на свадьбе. Пришлось быстро переодеться и бежать их уговаривать. Уладив всё с музыкой, через полчаса она уже была дома. До приезда жениха оставалось 15 минут, а свидетельницы до сих пор не было. У невесты началась паника. Но, слава богу, свидетельница быстро прибежала. Второпях продолжили приготовления. Увидев своего будущего супруга, Галина ужаснулась: волосы у него были до плеч по тогдашней моде. Их срочно завили и начесали. До ЗАГСа ехали на москвичах, их взял Александр у коллег по работе. Перед самым ЗАГСом Галину с Александром остановили бабушки-соседки, которые требовали выкуп.

Сама регистрация проходила в большом зале. Встречали молодых с хлебом и солью. В центре зала стоял длинный стол с шампанским, конфетами и фруктами. Тогда только начали вводить такие новшества и обряды. Сейчас речи, произносимые новобрачным, отличаются от тех, которые были в советское время. Хоть и сохранялись традиции объявлять мужем и женой, ставить подписи, обмениваться кольцами, но раньше даже свадебная речь была политизирована. Приглашались даже депутаты, члены райсоветов, говорили в коммунистическом духе о роли молодой семьи в советском обществе.

После обмена кольцами, молодожены танцевали свадебный вальс. Затем все отправились в дом жениха. По дороге машины останавливали еще два раза: работники леспромхоза, где работал Александр, перекрыли дорогу большими яркими, цветастыми платками. Соседи выставили пустые столы, которые молодожены должны были накрыть прямо на улице. Как говорит Галина Ивановна, несмотря на 35-градусный мороз, им было жарко и весело.

А Галина Геннадьевна и Владимир Александрович регистрировались в сельском совете. Обстановка вполне соответствовала названию. На стенах висели старые стенды, громоздкие шкафы тоже не радовали глаз. Добирались туда на поезде, а потом пешком обратно через все сугробы.

Татьяна Александровна и Андрей Юрьевич свадьбу праздновали в Няндоме. 18 августа подали заявление в ЗАГС, оплатили пошлину через сбербанк, и через месяц 19 сентября 1992 года можно было играть свадьбу. Вообще, свадеб в 90-е годы было немного, но Татьяна Александровна говорит, что в день их свадьбы браки заключали еще 4 пары. Утром 19 сентября в деревню приехал Андрей с гостями и должен был выкупить невесту. Она рассказывает, что вся свадьба прошла для нее как в тумане, скорее всего, из-за волнения. Когда в комнату вошел Андрей, Татьяну поразил его внешний вид. Никогда она не видела его таким нарядным и красивым. После выкупа невесты все поехали в ЗАГС. По пути им перегородил путь местный пастух на лошади. Пришлось откупаться от него спиртным.

Фотографа на свадьбу заказывали в ателье, но его работа Татьяне и Андрею совершенно не понравилась. Во-первых, его услуги стоили очень дорого, а во-вторых, он сделал множество ненужных и некрасивых фотографий, которые потом пришлось выкинуть. Кто не мог себе позволить свадебного фотографа, звал знакомых, у которых были свои фотоаппараты. Но и в этом случае качество фотографий оставляло желать лучшего.

«ШИРОКОЙ ЭТОЙ СВАДЬБЕ БЫЛО МЕСТА МАЛО…»

1950–60-е

В 1960-е годы, как и раньше, в таких маленьких городках, как Няндома, свадьбы праздновались дома, чаще всего в доме жениха. Из-за трудной ситуации в стране, дефицита и нехватки денег у простых людей, на стол подавали в основном продукты из своего хозяйства. Приходилось также ездить в крупные города, в Москву, Ленинград, Ярославль, которые традиционно лучше снабжались.

Галина и Борис застолье перенесли на четыре дня, так как они регистрировали брак во вторник, а во время рабочей недели праздновать было неудобно. Застолье организовывал отец Галины Степановны. За продуктами ему пришлось съездить в Москву.

Приглашали только близких родственников и соседей. Как говорит Галина Степановна, прожить в одиночку было невозможно, поэтому с соседями нужно было дружить. Соседи делились даже горячими углями из печки, как спичками. А во время огородных работ собирались несколькими домами и помогали друг другу. Поэтому часто соседи были ближе, чем родственники.

Праздновали в родном доме Галины. Столы были поставлены буквой «П», чтобы в середине было место для танцев. Галина Степановна не помнит, чтобы комнату как-то украшали, ведь главное украшение – еда – лежала на столе. Ида и Евгений тоже свадьбу праздновали дома, но у жениха. Дом был старый, комнаты тесные, даже после того как убрали все перегородки. Обстановка была бедная, даже шторы на окнах пришлось у кого-то позаимствовать на время. На все большие праздники готовили 3 обязательных блюда: холодец, большие, во всю тарелку, рыбники и жаркое из телятины.

Из напитков был ягодный морс, самодельное пиво, водка и вино, привезенное из Москвы. Самодельное пиво называли брагой. Женщины водку не пили, это считалось дурным тоном.

А родители Евгения за продуктами поехали в Ленинград к дальним родственникам. Там купили сахар (для приготовления пива), вареную колбасу, сладости. Самым главным блюдом на свадьбе был винегрет. Также готовили картошку с мясом, рыбники, пироги с различными начинками, были и соленые грибы и селедка.

Из Москвы привезли конфеты «Красный мак», «Василек», «Ромашка», «Ласточка» и другие. Ни фотографа, ни тамады на застолье не было. Как говорит Галина Степановна, в компании все друг друга знали, потому что часто бывали вместе на праздниках, знали, кто что умеет. Например, тетя Матрена могла танцевать хоть всю ночь! Свой танец она показывала как спектакль. Подыгрывал Матрене гармонист дядя Петя. Мог сыграть все, что закажут. Вообще, основными развлечениями были застольные песни и танцы. Пели песни, которые и сейчас поют: «Рябина кудрявая», «Шумел камыш», «Каким ты был»… Танцевали русские народные танцы, гопак, вальс и даже танго. Застолье продолжалось всю ночь, а на утро гости разбрелись по домам.

У студентов Валентины и Рема свадьба была комсомольская. Смысл ее состоял в том, что студенты скидывались и сами организовывали застолье. Валентина Николаевна даже не знала точно, какую сумму собрали студенты, примерно 200 рублей. Проходила свадьба в красном уголке. Так называлась комната, где студенты собирались вместе, устраивали танцы. Особенных украшений не было, кроме как плакатов на свадебную тему. Гостей было много, в основном студенты-однокурсники со своими женами или мужьями, так как к пятому курсу многие уже переженились. Из родственников молодоженов практически никого не было. Гуляли и праздновали один день, потому что на следующий день нужно было снова идти на учебу. Пели песни под гитару, под баян, крутили виниловые пластинки. Плясали «русского», цыганочку. Пили, но в меру. Пьяных не было. После застолья молодым выделили одноместную комнату в общежитии, куда они и отправились.

Но у многих молодых пар не было денег на свадебное застолье, и вставал вопрос жилья. Например, после регистрации Анатолий и Зоя пошли в дом сестры Анатолия на Красноармейской улице. А затем в квартиру, которую снимала Зоя. Они сообщили хозяйке о своей свадьбе и вместе пили чай с теми шоколадными конфетами, которые Зоя так бережно хранила. Постепенно готовились к свадьбе, но денег не было. Анатолий тем временем стремился закончить строительство собственного дома, а Зоя отправляла деньги матери, потому что жили они бедно. Свадьбу сыграли только через некоторое время. Приехала мама Зои и благословила их на долгую семейную жизнь. Застолье устроили у сестры Анатолия, на нее легли и все заботы о еде. Главными блюдами были котлеты с картошкой и салат оливье.

1980–90-е

На рубеже 80-х – 90-х годов хоть дефицит и оставался, всё же находили, что подать к столу. Блюда были разнообразнее, чем в 50–60-е. Традиция играть свадьбу в доме жениха сохранялась, но уже начинали праздновать и в ресторанах, как, например, Галина Ивановна и Александр Анатольевич. В ресторане, в самом начале свадьбы, к Галине подошла директор и потребовала, чтобы они приобрели спиртное с печатями ресторана, хотя до этого им разрешили купить его в магазине. Пришлось потратить половину подаренных денег. Музыка была живая, играл вокально-инструментальный ансамбль, много пели и танцевали. Светлана и Олег тоже праздновали свадьбу в ресторане. Гостей было очень много: почти весь курс, на котором училась Светлана, друзья жениха, многочисленные родственники из Мурманска, Минска, Кубани, Сухуми. Размещались, где могли, а отец Светланы договорился с одной знакомой женщиной, которая согласилась принять у себя гостей на одну ночь.

Застолье было веселым, ведь большинство гостей было молодыми. Сценарием на свадьбах всегда занимались свидетели, придумывали шуточные конкурсы для новобрачных. Первое задание для невесты – поблагодарить Сашиных родителей, преподнести им подарки и попросить разрешения называть их папой и мамой. Потом Галина и Саша с закрытыми глазами распаковывали огромный шар из газет. А когда распечатали, оказалось, что там сушки. А свидетели приговаривали: «Грызите сушку, а не грызите друг дружку». Галине Николаевне и Виктору Юрьевичу тоже давали задания. Они должны были, держась за руки, свободными руками одеть пластмассового пупса.

В 12 часов ночи молодые почти падали от усталости, поэтому ушли со свадьбы первыми. Утром разбудили друзья. Шутили, били тарелки, бросали мелочь и зерно. Так они желали богатства. А Галина должна была всё это убрать, демонстрируя свои хозяйские способности.

Мои родители свадьбу праздновали у папы дома. Из самой большой комнаты вынесли всё, кроме шкафа, столы поставили буквой «П». Еду готовили родители, так же некоторые блюда заказывали в ресторане. Например, рыбу, заливное, торт, котлеты. Спиртное тоже покупали родители.

Галина Степановна с Борисом Григорьевичем специально ездили в Вологду. В стране тогда был введен сухой закон и спиртные напитки выдавали по талонам. Но в Вологде архангельские талоны не действовали – это была другая область, поэтому Галина Степановна с Борисом Григорьевичем попеременно вставали в очередь и так несколько раз. Наконец, сжалившись над настойчивыми покупателями, им выдали столько, сколько нужно. Продуктов в магазинах тоже было мало, их надо было «достать». «Доставали» рыбу, сгущенку, тушенку, мясные полуфабрикаты.

Праздновали два дня. Конкурсы и развлечения придумывала свидетельница. Тамаду приглашать было не модно, почему-то это считалось типичным для юга России. Много танцевали, пели. У родителей был современный кассетный магнитофон «Романтик». Ночью гости разъехались. Как раз ко дню свадьбы для молодых отремонтировали комнату, которую они снимали. А утром гости пришли будить молодоженов и все опять поехали праздновать. На этот раз были только самые родные и близкие. На второй день свадьбы Лариса надела новое платье, которое купила в Севастополе. Светлане второй день понравился больше, потому что было спокойнее и радостнее. Она запомнила, что для гостей купили большую бочку пива в Каргополе. Тамошний пивоваренный завод производил живое пиво.

А Галина Николаевна и Виктор Юрьевич свадьбу решили устраивать в Каргополе-2 – военном городке, но там существовала пропускная система, пришлось готовить заявление на пропуск для всех гостей. Дефицит продуктов становился всё более жутким, и в городке принимались решения по заявлению граждан о выделении дефицитных продуктов на свадьбу. Например, это была огромная коробка рижских шоколадных конфет, импортный сервелат. В райпо выписывали по справке из ЗАГСа определённое количество бутылок вина и водки, которые покупали в винно-водочном магазине. Праздновали в помещении кафе, где столы были поставлены буквой «П». Готовили родственники и работники кафе. Приезжих гостей пришлось устраивать на ночлег в выделенных военной частью пустых квартирах.

Галина Геннадьевна и Владимир Александрович тоже праздновали в квартире родителей жениха. Несмотря на тесноту, всем удалось разместиться. Большинство продуктов привезли из Ленинграда, колбасы, сыры и вафельный торт – по тем временам настоящее лакомство. В село машина с продуктами приезжала раз в месяц, но по случаю свадьбы молодым разрешили купить побольше. Основными блюдами были вареная картошка с сосисками, тушеная капуста с котлетами, гуляш. Из салатов – оливье и винегрет. Пока сухой закон не был введен, водку и вино покупали беспрепятственно. Готовили морс. Особенно над сценарием застолья не задумывались. Пели, танцевали, чествовали молодых. Гуляли целых три дня. Подарки на свадьбу дарили практичные, чтобы в хозяйстве пригодились. Старались подарить то, что трудно было купить, например, набор столовых приборов, который до сих пор служит нашей семье. А трюмо с большим зеркалом Лариса Николаевна присмотрела сама и попросила подарить именно его.

Часто дарили деньги. Было принято, что с одного человека 5 рублей, а с двух, соответственно, 10. На праздник родители помимо своих вложений занимали деньги, и в итоге все обошлось примерно в 1000 рублей – по тем временам сумасшедшие деньги. Поэтому из подаренных денег отдавали долги и начинали жизнь с чистого листа.

* * *

Я рассмотрела два разных периода жизни советских людей. В них оказалось довольно много схожих черт, хотя можно проследить и изменения.

В 1950-х – 60-х годах отношения молодых людей довольно строго регламентировались, пары были более скованы, в отличие от пар 1970-х – 80-х. Общество практически не признавало так называемых гражданских браков, распространенных в наше время. Зарплаты у большинства были небольшими, люди довольствовались малым. К 1970-м – 80-м годам материальное положение людей значительно улучшилось. Многие молодые люди могли позволить себе мотоциклы. Но еще не автомобили. А вот времяпрепровождение влюбленных практически не менялось. В 1980-е, как и в 1950-е, пары гуляли в парке и ходили в кино. И по затратам это было приемлемо для всех, ведь билеты в кино стоили копейки. Конечно, нужно учесть то, что мы описывали жизнь людей в Няндоме. В больших городах, особенно в состоятельных семьях, дело обстояло иначе. Там молодые люди могли ходить в театр, консерваторию или филармонию, даже студентам это было по карману.

Про церемонию бракосочетания можно сказать, что проблем с подачей заявления и в 1960-е и в 80-е годы не возникало. А вот сама церемония сильно отличалась. В 60-е годы она была лишь формальностью, когда люди просто регистрировали брак и получали соответствующий документ. Мало кто мог позволить себе золотые кольца, да и не слишком задумывались над этим. Во многих семьях дети взрослели без отцов, погибших на фронтах Отечественной войны или умерших позднее. А вот в к 1970-м – 80-м всё изменилось. Появились и красивые свадебные платья, и золотые кольца. Возродились старые традиции: выкуп невесты, встреча молодоженов хлебом с солью. В общем, регистрации брака стала более красивой и торжественной.

Из-за плановой экономики в СССР остро стояла проблема дефицита товаров и в 60-х, и в 70-х, и в середине 80-х. Но в 60-е все в основном надеялись только на себя, на свое хозяйство; в более поздние годы можно было купить хотя бы самое необходимое, а остальное, имея деньги, достать по блату. Поэтому именно в 1970-х – 80-х, за дефицитными товарами ездили в крупные города, на «колбасных поездах», как тогда говорили. Поскольку мясные продукты со всей страны съезжались в Москву, то и люди ехали в Москву за ними. Из-за этого и поезда назвали колбасными. Про них даже загадка была: длинное, зеленое, ползет и пахнет колбасой. Спиртные напитки в 60-е годы продавались свободно, а в 80-е годы, после введения сухого закона, алкоголь стали продавать по талонам в строго определенном количестве. Характеризуют 60-е годы так называемые комсомольские свадьбы, когда студенты вместе организовывали застолье. Новшеством перестроечных лет стали безалкогольные свадьбы, но они как-то плохо приживались в нашей действительности. Сам же сценарий проведения застолья сильно изменился. В отличие от 60-х годов, когда конкретного сценария и не было, всё проходило как народное гуляние, в 80-х развлекательную программу составляли свидетели жениха и невесты, придумывали разнообразные конкурсы, танцы, песни, рисовали плакаты. Второй день праздновали практически все пары, но приглашали только самых близких друзей и родственников. В 80-е уже было принято праздновать свадьбы в кафе, ресторанах, столовых, а на второй день, как и раньше, гуляли дома.

В конце своей работы могу сказать, что свадьбы всегда были и будут одним из самых светлых моментов в жизни людей. И никакие трудности, дефицит, дефолт, застой, не смогут омрачить этого события. Хотя, естественно, не могут на это и не повлиять, поэтому празднование свадьбы – это отражение той эпохи, в которой жили люди. 

23 мая 2016
«Ах, эта свадьба, свадьба… пела и плясала!»

Похожие материалы

18 ноября 2015
18 ноября 2015
Победительницы нашего последнего конкурса Дария и Лена съездили в Европу на летнюю школу Eustory и по нашей просьбе написали о впечатлениях. О занятиях, новых друзьях и о том, почему английский не проблема - в нескольких цитатах из уст самих участниц.
2 декабря 2015
2 декабря 2015
Недавно известные историки и педагоги собрались в «Мемориале», чтобы обсудить новые учебники истории, написанные в соответствии с т. н. историко-культурным стандартом. О том, как описание белого террора оказалось в разы длиннее описания красного, о проблеме устаревшего языка и многом другом - в видеозаписи круглого стола.
12 мая 2017
12 мая 2017
Чешский проект gulag.cz продолжает документировать остатки лагерей ГУЛАГа в Сибири. Отправляясь в самые удалённые регионы, где ещё сохранились постройки ГУЛАГа, команда проекта делает тысячи снимков, чтобы в последствии превратить их в трёхмерную модель лагеря для своего виртуального музея.
15 марта 2015
15 марта 2015
«Уроки истории» публикуют фрагменты переписки Веры Барац с дочерью, Сильвией Белокриницкой. Публикация посвящена памяти С. С. Белокриницкой и приурочена ко дню ее рождения 15 марта.