Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Если мы хотим прочесть страницы истории, а не бежать от неё, нам надлежит признать, что у прошедших событий могли быть альтернативы». Сидни Хук
Поделиться цитатой
25 марта 2015

Как в России проходят Вторую мировую войну

Замечание историка Кшиштофа Рухневича

Источник: Блог историка Кшиштофа Рухневича

Перевод: Елена Рыбакова

Какую роль играет в сегодняшней России изучение Второй мировой войны? Какими сюжетами она представлена? Сколько часов в школьном курсе на нее отводится? Какое место в этой теме занимает изучение государственной политики и ее роли? Как выглядит частная память о войне? На эти и другие вопросы в последнем обновлении научного блога Public History Weekly. Blogjournal for History and Civic Education отвечает российский историк Александр Ходнев. Я не мог устоять перед искушением прокомментировать этот текст. Редакция журнала любезно публикует сегодня мой комментарий.

Три года назад в Германии родилась любопытная издательская инициатива. Группа историков и методистов в сотрудничестве с издательством De Gruyter Oldenbourg создала научный блог Public History Weekly. Blogjournal for History and Civic Education. В немецких условиях эта инициатива была – и остаётся – экспериментом, впрочем, вполне успешным, развивающимся от года к году, о чём свидетельствует хотя бы регулярность обновлений.

Public History – читаем в разделе «От издателя» – пытается построить мост между исследованием и практикой, политикой и наукой, а также между школой и университетской методикой. Мы рады еженедельным публикациям наших авторов и намерены с помощью ваших комментариев превратить журнал в площадку активной дискуссии.

В основе блога традиционная процедура рецензирования. Раз в неделю публикуется текст на английском языке (редакторы следят, чтобы время от времени звучали и другие языки, в том числе польский). Каждое обновление открывает вступительная статья. Далее редакция просит известных историков прокомментировать её. Комментировать могут также все желающие. Через месяц автора текста снова просят высказаться. Для него это прежде всего возможность определиться с отношением к высказанным читательским мнениям и критическим замечаниям специалистов.

Ниже публикую мой комментарий к статье Александра Ходнева «Война в России больше, чем война».

Священная война

Память о Второй мировой войне в СССР/ России всегда была избирательной и зависела от интересов власти. Это историческое событие часто становилось предметом различного рода манипуляций. Сегодняшняя ситуация не исключение. Об этом свидетельствуют хотя бы реакция президента России Путина на отсутствие формального приглашения на церемонию по случаю освобождения концлагеря Освенцим или дискуссия о праздновании 70-летия окончания Второй мировой войны. Иные, не совпадающие с актуальной линией Кремля соображения о событиях Второй мировой войны немедленно подвергаются критике. Институции же и лица, высказывающие эти соображения, должны иметь в виду возможные негативные последствия.

Учитель в России обязан представить ученикам максимально отчётливый, лишенный каких-либо нюансов образ. Из текста можно узнать, что Вторая мировая война именуется Великой Отечественной, началась она в 1941 году и завершилась в 1945-м. Такая формулировка подразумевает, что СССР с самого начала занимал антигитлеровскую позицию. Во время войны страна понесла огромные потери, человеческие и материальные. Однако это только часть исторической правды.

Можно ли считать подобную трактовку исчерпывающей? Соответствует ли школьное изложение всей полноте знания о Второй мировой войне? Два периода здесь полностью игнорируются или трактуются ложно: недели, предшествовавшие началу Второй мировой войны, период советско-немецкого сотрудничества 1939-1941 годов, и 1944-1945 годы. В первом случае речь идёт о подписании пакта Молотова–Риббентропа и тайного протокола [о сотрудничестве] и последствиях этого соглашения: нападении на Польшу 17 сентября, разделе страны, аннексии прибалтийских республик и части Румынии, политике советизации на занятых территориях, массовых репрессиях. Для Польши символом преследований со стороны СССР остаётся катынское преступление, смерть более чем четырех тысяч пленных офицеров (из 20 тысяч человек, приговорённых советскими руководителями к уничтожению и похороненных в разных местах).

Я уверен, что не найду никакой информации об этом в российских учебниках (большинство немецких на этот счёт тоже хранит молчание), и школьник об этих событиях не узнает. Однако он вполне может найти такие курьёзные утверждения, как те, что попали в книгу о немецко-российских отношениях в XX веке.

Вот что о пакте Молотова–Риббентропа пишет в этой книге российский историк Александр Шубин:

«Таким образом, СССР пытался избежать участия в европейской бойне, которая началась 1/ 3 сентября 1939 года. 17 сентября 1939 года Красная Армия вступила на территории Западной Белоруссии и Западной Украины. Однако советское руководство представило эту акцию не как участие в войне против Польши и её союзников, но как освободительную войну в защиту украинского и белорусского народов. Объединение Белоруссии и Украины имело далеко идущие последствия, ведь именно в результате этих событий сложились территории государств, и поныне существующих практически в тех же границах, которые были прочерчены в 1939 году. <…>» Deutschland-Russland…, s. 83.

Говоря о степени изученности в сегодняшней России вопроса о начале войны, он добавляет:

«<…> российские ученые, как правило, не считают Западную Украину и Западную Белоруссию, бывшие частями польского государства, частью собственно Польши, и здесь им на руку играет послевоенный европейский порядок» (sic!) Deutschland-Russland, s. 83.

Оккупация Литвы, Латвии и Эстонии представлена следующим образом:

«Осенью 1939 года СССР создал плацдарм на территории прибалтийских государств и в 1940 году, после капитуляции Франции и изменения расстановки сил в Европе, осуществил присоединение Литвы, Латвии и Эстонии». Deutschland-Russland, s. 83.

Школьник, который обратится к этим публикациям, не узнает ровным счетом ничего о планах Сталина установить гегемонию над Центральной и Восточной Европой, ставшую возможной после оккупации этих земель в 1939 году. Страны антигитлеровской коалиции не смогли дать должный отпор этим деяниям Кремля – всё было подчинено первоочередной задаче добиться безусловной капитуляции Германии. 1944-1945 годы для Центральной и Восточной Европы стали началом более чем сорокалетнего периода подчинения, жизни в навязанной извне коммунистической системе.

Сведение исторического урока к так называемой отечественной войне является упрощением, попросту говоря, исторической манипуляцией. Думаю, что по прошествии 70 лет об этих событиях должно говорить по существу. В попытке такого разговора нет ничего общего с релятивизмом или попытками переписать историю. Упрямое желание ни на шаг не отступить от интерпретаций сталинских историографов свидетельствует только об одном. О неосознанном, вполне вероятно, чувстве внутренней неуверенности и неясном предчувствии ситуации, когда придётся оказаться не в своей тарелке.

Ссылки:

См. также:

25 марта 2015
Как в России проходят Вторую мировую войну
Замечание историка Кшиштофа Рухневича

Похожие материалы

11 января 2013
11 января 2013
Данный материал представляет собой видение проблемы польским школьником Марчином Вицковским, который стал финалистом конкурса «Поляки и русские: встречи в ХХ – ХХI вв.» – конкурс организует фонд «Карта» (Варшава).
1 мая 2010
1 мая 2010
«Военные памятники в Великобритании и в России: трансформации дискурса памяти в конце XX – начале XXI вв.» - такой доклад представила Наталья Данилова (Университет Ноттингема, ГУ-ВШЭ СПб) на Публичном социологическом семинаре ГУ-ВШЭ в Петербурге 29 апреля
16 января 2017
16 января 2017
19-20 января в Мемориале и Библиотеке киноискусства им. С. М. Эйзенштейна пройдёт конференция «Рынок исторического (со)знания»
24 октября 2012
24 октября 2012
В рамках польской программы московского фестиваля «2-in-1» был показан фильм Пшемыслава Войчешека «Секрет». Это лента 2012 года, в которой, оставив свою первоначальную тему бунтующего поколения, независимый режиссер Войчешек («Убей их всех», «Громче бомб», «Made in Poland») занялся поколением смиряющимся.

Последние материалы